— Диалектике, — отвечаю, — в пекле самое место. А прогуляться я не прочь. Не думаю, что двадцать чужих лет спустя все у нас само собой рассосется — до сих пор-то не рассосалось… Но, с другой стороны, надо же как-то успокоиться, тут ты совершенно прав. Только нос отмой, пожалуйста. И брови. И ухо левое… нет, все, теперь уже оба.
— Может быть, проще докрасить все остальное? — вздыхает. — А что, буду желтым Человеком-Из-Другого-Анекдота[12] . Один из любимых персонажей у меня, между прочим…
Оно и видно.
Стоянка XVIII
Знак — Скорпион.
Градусы — 8°34′18'' — 21°25′43''
Названия европейские — Аркало, Альшальб, Альхах, Альтоб.
Названия арабские — аль-Кальб — «Сердце (Скорпиона)».
Восходящие звезды — альфа Скорпиона (Антарес).
Магические действия — заговоры с целью сеять несогласие.
Сижу, уткнувшись лицом в собственные старые штаны, которые топорщатся над Вариными коленями. Всем телом чувствую, как течет сквозь меня время, но даже это сейчас не мешает мне быть счастливым. Ну да, просто счастливым идиотом, без царя в голове — фиг с ним, пусть себе скитается по пустыне, подобно коллеге своему Лиру, не нужен он мне. Долой монархию в отдельно взятой башке — моей!.. Варенька права: некоторые ужасающие с виду бездны оказываются чрезвычайно приятными местами, не грех и побарахтаться тут какое-то время.
Ну вот, барахтаюсь.
Мне, страшно сказать, хорошо. И с этим, между прочим, надо что-то делать. Например, использовать текущую минуту слабости как восхитительную прелюдию к очередному практическому занятию. Варе, пожалуй, будет полезно отвлечься от лирических интермедий. Да и мне тоже, если начистоту.
— Знаешь что? — говорю. — Ты давай-ка, иди, одевайся. Поедем, поохотимся. Считается, будто время все лечит — даже краденое, даже время чужой жизни. Пару десятков лет спустя, нам обоим будет куда легче решить, как жить дальше.
— Сколько сотен чужих лет ты уже прожил? — неожиданно спрашивает Варя. — И есть ли от этого толк?
Черт побери. Она права.
— Никакого толку, — соглашаюсь. — Но надежда, она ведь не просто умирает последней. Она, говорят, даже к погребальному костру своего господина с дарами приходит порой… Вот и я все думаю: когда-то ведь наконец перейдет это чертово количество в более-менее пристойное качество? Или ну ее к черту, эту школьную диалектику?
Варя укоризненно качает головой.
— Диалектике твоей в пекле самое место. Но прогуляться я не прочь. Не думаю, что двадцать чужих лет спустя все у нас само собой рассосется — до сих пор-то не рассосалось… С другой стороны, надо же как-то успокоиться, тут ты совершенно прав. Только нос отмой, пожалуйста. И брови. И ухо левое… нет, все, теперь уже оба.