Она еще что-то говорит, но глаза мои закрываются. Снотворное продолжает действовать, и это — отличный повод прекратить неприятную беседу. Чем меньше я буду знать и понимать, тем лучше — по крайней мере, пока.
— Когда вы проснетесь, все будет гораздо проще, — слышу я, засыпая.
Будем надеяться, так оно и есть.
Эпилог Луна. XVIII Аркан Таро
Ключевые слова к карте Луны:
архетип — ночь, начало рассвета
задача — смена направления
цель — возвращение к свету
риск — заблудиться в лабиринте, потерять цель
…нисхождение в Подземное царство — это задача, которую необходимо решить, чтобы дойти до цели путешествия, а не сама его цель[29] .
Гость мой снова спит, как убитый. А я вот сижу, пишу ему длинную-длинную, почти такую же длинную и запутанную, как человеческая жизнь, записку. Точнее, инструкцию. По выживанию и не только.
В письме я стараюсь более-менее внятно объяснить, что, собственно, произошло. Воспроизвожу вкратце давешние устные разъяснения, насыщаю текст некоторыми сокрушительно интимными подробностями, чтобы вспомнил, как было дело, содрогнулся, ну или за голову хотя бы схватился. Бурные переживания, пожалуй, не помешают; в таком деле лучше перегнуть палку, чем пустить все на самотек. А то, чего доброго, решит, будто просто спал все это время на моем диване, смотрел страшный, но и сладкий сон о вечности — как он ее себе представляет. Скажет себе: «Не было ничего, только морок ночной, затянувшееся безумное чаепитие для отдельно взятого Мартовского Зайца».
Смешно вышло бы, кстати. Но развлечений и без того хватает, обойдусь как-нибудь.
Покончив с разъяснениями, перехожу к сути дела. Отвечаю на вполне закономерный вопрос: «И как теперь жить?» Не в том смысле, что «долго и счастливо», а тщательно составляю перечень правил новой для него игры (и техники безопасности заодно). В частности описываю Знаки и даже вычерчиваю подробную схему: что нужно делать, в какой последовательности и так далее. Тело-то его помнит; захочет — не забудет, но пусть будет инструкция, чтобы разум успокоить, маленькая такая уступка, как капризному ребенку: «К врачу мы с тобой все равно пойдем, детка, зато по дороге купим тебе шоколадку и мяч».
Вот и черчу. Конспирация меня не слишком беспокоит: если даже бумажка не ровен час попадет в чужие руки, любопытный пальцы в кровь сотрет, а результата не добьется. Ничего не произойдет. Вообще ничего. Знаки бездействуют, когда их чертит непосвященный; без личного приглашения ни в одну мало-мальски крепкую традицию не влезешь, а уж в нашу-то и подавно. Так уж все устроено, на горе любителям послеобеденных мистических приключений. На том и стоим: дурная репутация эзотерики сродни дурной репутации шоколада. В обоих случаях вина лежит исключительно на недобросовестных потребителях, только вот шоколад они лопают вполне настоящий, а вместо подлинной магии им, как правило, достается некачественный заменитель сладчайшего продукта. Не сказать, чтобы волки были так уж сыты, да и кто их видел, этих «волков»?! — зато большинство овец спускается с искусственно насыпанных склонов карликовых Тибетов, потеряв разве что пару клочков шерсти. Бегают потом, головами умудренными трясут, блеют покаянно: «Чудес не бывает!»