— Ты серьезно, Киаран? — Незнакомая брюнетка подняла ладонь ко лбу, защищая бледное лицо от солнца, и я увидела нашивку второкурсницы: «первый отряд, секция Пламени». Она удивленно посмотрела на собеседника, вздернув брови. — Ты что, защищаешь генерала Сорренгейл?
— Нет, Эйя, не защищаю. Но ее не было рядом, когда раздавали эти приказы. — Он хмуро помолчал и добавил: — К тому же в этом году за Военные игры отвечал полковник Аэтос.
Киаран и Эйя. Я перевела взгляд на последнего незнакомого мне худощавого парня, который сдвинул очки на заостренный темно-коричневый нос.
— Извини, а тебя как зовут?
Теперь мне казалось неправильным не знать их всех по именам.
— Майсен, — ответил он, коротко улыбнувшись. — И если тебе от этого станет легче, — он посмотрел на Бреннана, — то я тоже думаю, что в этом году генерал Сорренгейл не имела отношения к происходящему на играх. Аэтос довольно громко заявлял о том, что все это планировал его отец.
ГребаныйДаин .
— Спасибо. — Я повернулась к Бреннану. — Я готова поспорить на собственную жизнь, что она не знала, что нас ожидало в Рессоне.
— А на наши тоже поспоришь? — спросила Эйя, которую я явно не убедила. Потом она посмотрела на Имоджен в поисках поддержки и… не получила ее.
— Голосую за то, чтобы возвращаться, — сказал Гаррик. — Придется рискнуть. Если мы не вернемся, остальных убьют, а нам нельзя обрубать поставки оружия из Басгиата. Кто за?
Одна за другой все руки поднялись. Кроме рук Ксейдена и Бреннана.
Ксейден стиснул зубы, и между его бровями появились две глубокие морщины. Я знала это выражение. Он что-то обдумывал и взвешивал.
— Мы распрощаемся с Аретией, а вы распрощаетесь со своими жизнями ровно в ту секунду, когда Аэтос коснется Ви, — сказал ему Бреннан.
— Я обучу ее, как закрыться, — ответил Ксейден. — У нее лучшие щиты среди всех первогодок, натренировалась отсекать Тэйрна. Ей только осталось научиться держать их поднятыми все время.
Я не спорила. У Ксейдена был прямой доступ к моему сознанию через ментальную связь, так что совместные тренировки — оптимальный вариант.
— А пока она не научится отсекать этого любителя читать память? Как ты заставишь его держаться подальше от Вайолет, если тебя не будет рядом? — продолжал Бреннан.
— Я воспользуюсь его самой большой слабостью. Его гордостью. — Губы Ксейдена растянулись в жестокой улыбке. — Если все согласны, то мы вылетим, как только Андарна проснется.
— Мы согласны, — ответил за нас всех Гаррик, а я с трудом сглотнула комок в горле.
Это было правильное решение. Которое могло погубить всех нас.