Мы снова резко повернули и приступили к следующему подъему по тропе, выдолбленной в твердой серой скале, теперь немного круче. Я подняла взгляд и тут же пожалела об этом — внутри все перевернулось от вида, практически идентичного виду внизу. Утесы на утесах.
— Мы оба достаточно знали моего брата, чтобы понимать, что никто его не заставлял, — ответила Слоун, опуская плечи. — Просто хотелось бы, чтобы Ксейден попросил кого-нибудь другого. Кого угодно.
— Мне тоже, — призналась я шепотом, сосредоточившись на дороге под ногами, сузившейся до пары ярдов.
— Берегись! — раздались панические голоса над нами.
Мы вскинули головы.
Небо было серым и быстро падало на нас.
Не небо. Валун.
Сейчас нас расплющит сработавшая западня.
— В укрытие! — крикнула я, вскидывая руки и прижимаясь к стенке, стараясь стать как можно меньше, и заодно потянулась к энергии Тэйрна, когда валун ударился о край карниза выше и покатился на нас.
Сердце билось в ушах.Это как повернуть дверную ручку. Как открыть замок. Это слабая магия. Я справлюсь с такой слабой магией…
И с валуном размером с грифона?
Я представила, как валун меняет направление, и сделала пасс руками…
Глаза застило тьмой за секунду до взрыва надо мной, и я прикрыла голову руками от осыпающегося щебня.
Тэйрн просто смел валун хвостом.
«Спасибо».
Я осела к стене и сделала пару глубоких вдохов, чтобы успокоить колотящееся сердце.
— Ви! — крикнула сверху Рианнон.
— Мы живы! — крикнула я в ответ.
— Твою мать! — Марен прислонилась рядом, приложив руку к груди.
— У него хвост в виде «утренней звезды»? — спросила Слоун.
— «Утренней звезды», — подтвердила я, глядя, как Тэйрн выровнял полет, развернулся и полетел обратно в нашу сторону.
«Было бы обидно пережить последний год, только чтобы ты нас прикончила на какой-то жалкой прогулке».
Я хмыкнула:
— Да уж.
Он взмахнул крыльями, обдав меня порывом воздуха, и снова спикировал.
— Это… гм… нормально? — спросила Марен, когда мы продолжили путь, хоть мое сердце еще и не унялось после всплеска адреналина.
— Что именно? Что Тэйрн спас мне задницу? Или ворчит из-за этого? Потому что да, и то и другое — нормально.
— Когда вы шли по парапету, в вас бросались камнями? — уточнила она.
— А. — Я покачала головой. — Нет. Просто проходишь над пропастью, но это труднее, чем можно подумать. А вы через что прошли, чтобы стать избранными?
— Мы подходим к краю Клиффсбейна, смотрим на реку — она там глубиной где-то тридцать футов — и ждем, когда пролетят стаи. — Тон Марен стал мечтательным, и когда я оглянулась, увидела, что она улыбается. — Когда они приближаются, мы прыгаем.