— А с глазами-то что не так?

— Слезятся… Ладно! Займемся укреплением вашего состояния. Сами понимаете, без этого на операцию — никак.

— Что ж. Надо, так надо! Однако, имейте в виду…

Приготовив ватку и спирт, Иван Палыч отломил кусочек ампулы сальмовина и набрал препарат в шприц:

— Ну, что Варвара Платоновна, поворачивайтесь!

— Что?

— Ягодицы, говорю, подставляйте!

Сделав укол, доктор положил шприц на стол.

— Что, одеваться-то можно?

— Можно! Сейчас вы уснете… и постарайтесь поспать подольше. А я завтра приеду, посмотрю.

— Э, нет, доктор! — накинув халат, женщина сверкнула глазами. — Шалишь! Так не пойдет. На глазах будешь. И на все про все тебе — три дня! А дальше — хоть сдохну. Но и тебе и твоей Анне Львовне — не жить. Семен!

На зов тут же явился щуплый узколицый брюнет лет сорока с породистым, с горбинкою, носом и небольшим усиками. Наверное, этот именно его видели тогда в трактире, с парнями и здоровяком. Андрюшка определил его за главного.

Организатор убийства милиционера…

— Семен… Делай, как договаривались. А я пока отдохну… Да! Через пару часов разбуди.

— Идем.

Глянув на доктора, Семен повелительно кивнул на дверь, ведущую с соседнюю комнату, гостиную или обеденную залу, обставленную в стиле «цыганский шик» — богато и чтоб в глаза бросалось. Украшенная мишурою рождественская елка. Большой, со слониками на подлокотнике, диван, обитый темно-голубым бархатом, большой овальный стол, разномастные, обитые шелком, стулья, яркие обои, картины в золоченых рамах — все больше натюрморты, в углу — бюро в стиле модерн, совершено не гармонирующее со всей остальной мебелью. Рядом — стул, на откинутой крышке — чернильный прибор и листы бумаги. Похоже, все было приготовлено заранее. За большим столом сидели двое уже знакомых Ивану Палычу людей — бледнолицый соглядатай и молодой парень — и лениво перекидывались в карты, кажется, в «буру». На вошедших они особого внимания не обратили.

Семен кивнул на бюро:

— Садись, доктор — пиши.

Усевшись на стул, Иван Палыч окунул перо в чернильницу…

— Пиши так… Я в Колядове. Тяжелый случай. Вернусь дня через три. Написал? Распишись теперь…

— А что же, я не…

— Здесь останешься! На все три дня, — жестко отозвался бандит.

А вот это был неожиданный поворот! Иван Палыч все же рассчитывал вернуться сегодня в Зарное, тем более, что и бандиты вчера про это говорили. Видать, переиграли… Почему? Решили еще больше подстраховаться? Скверно… Теперь возможность маневра была сильно ограничена не только временем, но и пространством. Скверно!

— А вот те — король!

— А мы — тузика!