— Ну, я тогда вздремну часок. К обеду разбудите!
Завалившись на диван, доктор вытянул ноги и захрапел.
— Миха… — чуть погодя, прошептал молодой. — Ведь он же не должен бы…
— Да кто его знает? — бледнолицый зло покусал губы. — Он же никому не докладывает. Возьмет и нагрянет! Хоть завтра.
— Как бы и сегодня, до игры еще, не заглянул.
— Этот может… Знаешь, Карась, я так, пожалуй, пойду! Червонцы царские, конечно, хороши… Да жизнь дороже! Еще неизвестно, какие планы хозяйка на наш с тобой счет имеет. Ты как?
— Да я бы тоже… — голос молодого звучал тревожно. — Токмо обещанных червонцев жаль. Зря мы, что ли…
— Ну, как знаешь… А я пошел!
— Постой! А Антоха?
— А что мне Антоха? Я сам себе хозяин. Спросит, так скажешь, мол, на рынок ушел — за семечками.
Хлопнула дверь… Карась еще немного посидел, подумал… и опрометью бросился за своим сотоварищем.
Залаял было, да тут же и заглох, заскулил, пес…
— Варнак! Варнакушко… На тебе сухарика, на…
Иван Палыч быстро вскочил на ноги и бросился к окну. Уходить! Бежать со всех ног, срочно! И так же срочно арестовать здесь всех… Или… Или, может быть, просто пристрелить?
Из спальни вдруг донес слабый голос хозяйки:
— Антош! Антош! Да проснись же!
Н-да… пристрелить теперь не получится. Да и не с чего!
Бежать! Срочно бежать.
Выскочив во двор, доктор стремглав бросился к калитке. Из будки, прямо ему навстречу, яростно рванул пес!
Глава 17
Зверь метнулся прямо на него. Острые клыки щелкнули совсем близко от лица. Клац! Но инстинкт сработал быстрее мысли. Иван Палыч отпрыгнул в сторону, чувствуя, как ветер от рывка зверя ударил его щеку. Пес, не ожидавший такой прыти, пролетел мимо, на мгновение потеряв равновесие. Этой секунды хватило.
Не думая ни о чем, доктор вцепился пальцами в щели между бревнами высокого забора и, отчаянно забираясь, перекатился через него, свалившись на другую сторону в сугроб. Удар о землю отозвался тупой болью во всем теле, но было не до того.
Истошно залаяла собака, тщетно пытаясь прорваться сквозь забор. Выкуси!
В этот момент с улицы, визжа шинами, подъехала та самая черная машина. Из нее вышел Семен. Увидев доктора за оградой, он быстро все понял.
— Стоять! — просипел Семен, на ходу выдергивая из-за пояса наган.
Одновременно с этим из дома вывалился Антон, сонный, с затуманенным от снотворного взглядом. Пьяно, едва шевеля языком, прокричал:
— А ну стой, сукин сын! Держи доктора! Держи его!
Погоня началась мгновенно. Иван Палыч, не оглядываясь, рванул прочь от дома, к единственному укрытию, которое заметил — к силуэту старого кирпичного завода, темневшего в стороне, за полем.