А жена с детьми остались в Советской России.
Факт второй: Оставшись «соломенной вдовой» с двумя детьми, Ольга Иосифовна снова вышла замуж — за финансового служащего Николая Николаевича Андросова. Пожилого уже мужчину, но ей выбирать не приходилось (муж, кстати, в эмиграции тоже женился вторично).
Наталья с братом Кириллом. О Кирилле практически ничего не известно, кроме того, что он был участником войны и умер бездетным в 1992 году.
Дети стали Андросовы, а по отчеству — Николаевичи. В 1926 семья перебралась из Ташкента в Москву, где получила ордер в уплотненную квартиру на Плющихе. Позже оттуда переселились в дом по адресу ул. Арбат, д. 32. В этой полуподвальной квартире Наталья проживет до 1970-х годов.
Как она позже вспоминала, жили трудно — отчим умер в середине тридцатых, мать тянула семью, подрабатывая машинисткой и беря заказы на дом. Таля, как ее звали в семье, росла обычной советской школьницей, активно занималась спортом — бегала на короткие дистанции от физкультурного клуба «Динамо», участвовала в физкультурных парадах. Выросла красавицей, но после седьмого класса ушла из школы — семилетка тогда считалась вполне достаточным образованием.
Работала сначала чертежницей, потом счетоводом. И однажды случайно узнала, что известный мотогонщик Смирнов ищет партнершу в свой номер.
Факт третий: Знаменитый отечественный аттракцион «Мотогонки на вертикальной стене» начинали мотогонщик Александр Смирнов (сын легендарного иллюзиониста Орландо), талантливый инженер Григорий Левитин и актриса Зинаида Борисова, снимавшаяся в эпизодических ролях в культовых тогда комедиях Григория Александрова. Однако вскоре Зинаида получила травму, и в номер срочно потребовалась новая эффектная блондинка. Ею и стала давно увлекавшаяся мотоспортом Таля.
Номер делали в Парке Горького — там стояла знаменитая «бочка», по стенам которой и носились на мотоциклах Смирнов и Таля. Носились до самой войны.
В войну Таля в эвакуацию не поехала, осталась в Москве, дежурила на крышах и тушила «зажигалки». В холодную зиму 1941-го «бочку» разобрали на дрова, но девушка устроилась практически по специальности — шофером. Сначала возила на «Линкольне» директора «Разноэкспорта», потом пересела за баранку грузовика — доставляла хлеб на передовую, возила снег из Александровского сада.
«Шоферить» ей пришлось недолго — уже в 1942 году номер восстановили, правда, не в ЦПКиО, а в московском цирке. Сохранился даже приказ 1944 года о премировании передовиков советского цирка — за выдающийся вклад в создание новых номеров артист Смирнов получил три тысячи рублей, а артистка Андросова — тысячу.