Анна Алексеевна Толстая, в девичестве Перовская, шестая из бастрадов.
Просто Перовские были настоящим кланом, они друг за друга натурально горло рвали, и с этой семейкой все предпочитали не связываться.
Ольга Алексеевна Жемчугова, в девичестве Перовская, седьмая из бастардов.
Девушки очень удачно вышли замуж, и это сильно прибавило клану влияния. В итоге Василия, если не путаю, кто-то из ехидных аристократов однажды отрекомендовал как«человека без предков, но с кучей родственников, и практически необоримыми связями при дворе»
Софья Алексеевна Львова, урожденная Перовская, девятая из бастардов.
Любопытно, что при этом у всесильного графа Разумовского были и законные дети — от Варвары Петровны Шереметьевой, бывшей до замужества одной из богатейших невест России. И Разумовских было пусть и меньше, чем Перовских, но тоже немало — пятеро.
Но жизнь они прожили очень тихо, и практически никакого следа в истории России не оставили.
Вот что значит свежая кровь.
Глава 28 … но так и не поймал
Уже почти десять лет как умер Дмитрий Горчев.
Нынешняя молодежь уже и не знает — кто это такой.
Ну и как им теперь объяснить — кто это такой? Писатель, художник и блогер-тысячник, который писал короткие рассказы и матерился? Все так, вот только о книгах его не зависающие на полдня в сети люди практически не слышали, картин осталось до обидного мало, а блогерство вообще по нынешним временам больше похоже на оскорбление, чем на определение.
Все это совершенно неудивительно: Горчев вообще формально был записным лузером.
Жил на каких-то выселках в псковских лесах — ни денег, ни работы, ни громкой славы, ни официального признания. А если и выбирался куда в столицы — во всякие истории постоянно влипал, менты его вечно винтили с его синим казахстанским паспортом, безошибочно выхватывая наметанным взглядом в любой толпе.
Другие чудики хоть пиарить себя умеют: вон, сегодняшние юродивые от современного искусства в какие валютные тыщи свою дурь конвертировали. А у этого? Книжки печатали карликовыми тиражами, картины, кажись, вообще не выставлялись, а пиком известности Горчева стало появление минут на сорок в телевизоре, в давно закрытой программе «Школе злословия».
Всего и счастья было — блог в ЖЖ и двенадцать с половиной тысяч читателей.
Смешная по нынешним инстаграммным временам цифра.
Тем не менее это, пожалуй, одна из самых серьезных потерь, понесенных нашей культурой за последнее время.
Почему? Как бы это объяснить…
Не получается. Писать о Горчеве очень трудно: все время комплексуешь, сколь беспомощны твои попытки сказать что-то важное. Дмитрий Анатольевич вообще был из породы авторов, причиняющих собратьям по перу неисчислимые муки. Вот смотришь на его текст — и рыдать хочется. От бессилия собственного. Если не дурак — понимаешь, что можно годами шлепать по клавишам, прочесть тонны умных книг, да не просто прочесть, а осознать, честно переварить — а так ты все равно не напишешь ни-ког-да. Ну не дано, не только тебе — никому.