В ушах Лэнгдона зазвучал голос убийцы. Полночь… Математическая прогрессия смерти… невинные агнцы, возложенные на алтарь науки.
Затем навязчивые голоса вдруг исчезли. Призраки разбежались так, как разбегается толпа при звуках первого выстрела.
Роберт Лэнгдон вскочил на ноги настолько резко, что его стул откинулся назад и со стуком свалился на пол.
Виттория и камерарий едва не подпрыгнули от неожиданности.
— Как я мог этого не увидеть? — прошептал Лэнгдон словно завороженный. — Ведь это было совершенно очевидно…
— Не увидеть что? — спросила Виттория.
Не ответив на вопрос девушки, Лэнгдон повернулся к священнику и сказал:
— Святой отец, в течение трех лет я бомбардировал кабинет его преосвященства просьбами открыть для меня доступ к архивам Ватикана. И семь раз я получил отказ.
— Простите, мистер Лэнгдон, но боюсь, что сейчас не время выступать с подобными жалобами.
— Мне нужен немедленный доступ в архивы. Это касается четырех исчезнувших кардиналов. Не исключено, что я смогу узнать те места, где их собираются убить.
Виттория бросила на него изумленный, непонимающий взгляд.
Камерарий явно растерялся и выглядел так, словно стал мишенью какой-то грубой шутки.
— Не могу поверить в то, что подобная информация содержится в наших архивах.
— Не стану обещать, что добуду нужные сведения вовремя, но если вы допустите меня…
— Мистер Лэнгдон, через четыре минуты я обязан появиться в Сикстинской капелле. А архив расположен в противоположном конце Ватикана.
— Вы ведь не шутите? — спросила Виттория, заглядывая Лэнгдону в глаза. Казалось, в их глубине она хотела увидеть, насколько серьезны его намерения.
— Сейчас не время для шуток! — бросил Лэнгдон.
— Святой отец, — сказала Виттория, оборачиваясь к камерарию, — если имеется хотя бы малейший шанс… узнать, где намечены убийства, мы могли бы устроить там засады и…
— Но при чем здесь архивы? — недоуменно спросил клирик. — Каким образом в них может оказаться подобная информация?
— На объяснение уйдет гораздо больше времени, чем у нас есть. Но если я прав, эта информация поможет нам схватить ассасина.
Камерарий, судя по его виду, очень хотел поверить словам американца и почему-то не мог.
— Но в этих архивах хранятся величайшие тайны христианства. Сокровища, на которые даже я не имею права взглянуть.
— Мне это известно.
— Пользоваться архивами можно, лишь имея письменное разрешение главного хранителя или Библиотечного совета Ватикана.
— Или прямое согласие папы, — добавил Лэнгдон. — Об этом сказано во всех отказах, которые направил мне ваш главный хранитель.