О Боже!
Когда запись пошла сначала, Лэнгдон отнял аппарат от уха и погрузился в раздумье. Антивещество… Вертолет…
Но это же означает, что…
У него снова началась тошнота. Движимый яростью, он в полной растерянности соскочил со стола и замер на дрожащих ногах.
— Мистер Лэнгдон! — попытался остановить его врач.
— Мне нужна какая-нибудь одежда, — заявил американец, почувствовав прохладное дуновение; его одеяние оставляло спину неприкрытой.
— Но вам необходим покой.
— Я выписываюсь. Немедленно. И мне нужна одежда.
— Но, сэр, вы…
— Немедленно!
Медики обменялись недоуменными взглядами, а доктор Жакобус сказал:
— У нас здесь нет одежды. Возможно, утром кто-нибудь из ваших друзей…
Лэнгдон, чтобы успокоиться, сделал глубокий вдох и, глядя в глаза эскулапа, медленно произнес:
— Доктор Жакобус, я должен немедленно уйти, и мне необходима одежда. Я спешу в Ватикан. Согласитесь, доктор, что вряд ли кто-нибудь появлялся в этом священном месте с голой задницей за все две тысячи лет его существования. Мне не хочется ломать эту традицию. Я ясно выразился?
— Дайте этому человеку какую-нибудь одежду, — нервно сглотнув слюну, распорядился доктор Жакобус.
Когда Лэнгдон, хромая на обе ноги, выходил из дверей больницы, он казался себе бойскаутом-переростком. На нем был голубой комбинезон фельдшера «скорой помощи» с застежкой-молнией от шеи до промежности. Комбинезон украшали многочисленные цветные нашивки, которые, видимо, говорили о высокой квалификации владельца одежды.
На сопровождавшей его весьма массивного телосложения женщине был точно такой же наряд. Доктор заверил Лэнгдона, что дама доставит его в Ватикан за рекордно короткое время.
— Molto traffico[94] , — сказал американец, вспомнив, что все улицы вокруг Ватикана забиты людьми и машинами.
Это предупреждение, видимо, нисколько не обеспокоило даму. Гордо ткнув пальцем в одну из своих нашивок, она заявила:
— Sono conducente di ambulanza.
— Ambulanza?[95]
Он понял, что теперь ему, видимо, предстоит поездка в карете «скорой помощи».
Женщина провела его за угол дома. Там, на сооруженной над рекой бетонной площадке, стояло их транспортное средство. Увидев его, Лэнгдон замер. Это был видавший виды армейский медицинский вертолет. На фюзеляже было выведено:
«Aero — ambulanza».
Лэнгдон опустил голову.
— Мы летим в Ватикан. Очень быстро, — улыбнулась женщина.
Глава 126
Кипящие энтузиазмом и энергией кардиналы устремились назад в Сикстинскую капеллу. В отличие от всех остальных членов коллегии Мортати ощущал все возрастающую растерянность. У него даже появилась мысль бросить все и оставить конклав. Кардинал верил в древние чудеса из Священного Писания, но то, чему он был свидетелем сегодня, не умещалось в его сознании. Казалось бы, после семидесяти девяти лет, прожитых в преданности вере, эти события должны были привести его в религиозный экстаз… а он вместо этого начинал испытывать сильное душевное беспокойство. Во всех этих чудесах что-то было не так.