Где-то под ногами ожили двигатели, корпус самолета отозвался мелкой дрожью. Лэнгдон судорожно сглотнул и замер в ожидании. Он почувствовал, как самолет вырулил на взлетную полосу. Над его головой негромко зазвучала музыка «кантри».
Дважды пискнул висящий на стене телефон. Лэнгдон снял трубку.
— Алло!
— Как самочувствие, мистер Лэнгдон?
— Не очень.
— Расслабьтесь. Через час будем на месте.
— Где именно, нельзя ли поточнее? — Только сейчас до него дошло, что он так и не знает, куда они направляются.
— В Женеве, — ответил пилот, и двигатели взревели. — Наша лаборатория находится в Женеве.
— Ага, значит, Женева, — повторил Лэнгдон. — На севере штата Нью-Йорк. Кстати, моя семья живет там, неподалеку от озера Сенека. А я и не знал, что в Женеве есть физическая лаборатория.
— Не та Женева, что в штате Нью-Йорк, мистер Лэнгдон, — рассмеялся пилот. — А та, что в Швейцарии!
Потребовалось некоторое время, чтобы до Лэнгдона дошел весь смысл услышанного.
— Ах вот как? В Швейцарии? — Пульс у Лэнгдона лихорадочно зачастил. — Но мне показалось, вы говорили, что нам лететь не больше часа…
— Так оно и есть, мистер Лэнгдон! — коротко хохотнул пилот. — Эта малышка развивает скорость 15 M[5] .
Глава 5
Убийца ловко лавировал в толпе, заполнившей шумную улицу большого европейского города. Смуглый, подвижный, могучего телосложения и все еще взбудораженный после недавней встречи.
Все прошло хорошо, убеждал он себя. Хотя его работодатель никогда не показывал ему своего лица, само общение с ним было большой честью. Неужели после их первого контакта прошло всего лишь пятнадцать дней? Убийца помнил каждое слово из того телефонного разговора.
— Меня зовут Янус, — представился его собеседник. — Нас с вами связывают почти кровные узы. У нас общий враг. Говорят, вы предлагаете желающим свои услуги?
— Все зависит от того, кого вы представляете, — уклончиво ответил убийца.
Собеседник сказал ему и это.
— Вы шутите?
— Так, значит, вы о нас слышали?
— Конечно. О братстве ходят легенды.
— Ну вот, а вы сомневаетесь.
— Так ведь все знают, что братья давно превратились в прах.
— Всего лишь блестящая тактическая уловка с нашей стороны. Согласитесь, самый опасный противник тот, кого все перестали опасаться.
— Значит, если я вас правильно понял, братство выжило? — по-прежнему недоверчиво произнес убийца.
— Именно так, только оно ушло в еще более глубокое подполье. Мы проникаем повсюду… даже в святая святых нашего самого заклятого врага.
— Но это же невозможно. Эти враги неприступны и неуязвимы.
— У нас очень длинные руки.
— Но не настолько же!