Но додумать до конца Лэнгдон не успел. Девушка нажала кнопку, и он мгновенно ослеп.
В сосуде возникла сияющая точка, которая вдруг взорвалась ослепительной вспышкой, и волна света, по аналогии с воздушной волной от обычного взрыва, со страшной силой ударила в затененное стекло прямо перед ним. Лэнгдон непроизвольно отступил назад. Стены помещения завибрировали, а свет, вначале заполнивший всю стальную комнату, снова стал стягиваться в одну точку, чтобы через мгновение превратиться в ничто. Лэнгдон беспомощно моргал. Глаза у него болели, и зрение возвращаться не спешило. Когда оно все же вернулось, американец увидел, что шарообразный сосуд исчез без следа. Испарился.
— Б… Боже мой! — прошептал изумленный Лэнгдон.
— Именно это и сказал мой папа, — печально произнесла Виттория.
Глава 23
Колер молча смотрел через затененное стекло в аннигиляционную камеру. То, что он увидел, его потрясло. Рядом с ним стоял Роберт Лэнгдон, которого этот спектакль поразил еще больше.
— Я хочу видеть отца, — потребовала Виттория. — Я показала вам лабораторию, а теперь желаю взглянуть на папу.
Колер медленно отвернулся от окна. Слов девушки директор, судя по всему, просто не слышал.
— Почему вы с отцом так долго ждали, Виттория? Об этом открытии вам следовало немедленно сообщить мне.
На это имеются десятки причин, подумала девушка, а вслух произнесла:
— Если не возражаете, директор, мы все это обсудим позже. А сейчас я хочу увидеть папу.
— Ты представляешь, к каким последствиям может привести это открытие?
— Естественно! — резко бросила Виттория. — К росту доходов ЦЕРНа! Значительному росту. А сейчас я настаиваю…
— Теперь я понимаю, почему вы все держали в тайне, — гнул свое Колер, явно стараясь уязвить собеседницу. — Ты и твой отец опасались, что совет директоров потребует запатентовать вашу технологию.
— Она должна быть запатентована, — сердито ответила Виттория, понимая, что директору все же удалось втянуть ее в спор. — Технология производства антивещества — дело слишком серьезное и весьма опасное. Мы с отцом не спешили с сообщением, чтобы усовершенствовать процесс и сделать его более безопасным.
— Иными словами, вы не доверяли совету, опасаясь, что он пожертвует наукой во имя своей алчности?
Виттория была поражена тем, с каким равнодушием директор произнес эти слова.
— Имелись и другие мотивы, — сказала она. — Папа не торопился, желая представить свое открытие в самом лучшем свете.
— И что же это должно означать?
«Ты еще спрашиваешь, что это должно означать?» — подумала она, а вслух сказала:
— Вещество из энергии, нечто из ничего… Но ведь это, по существу, научно доказывает возможность акта Творения. Разве не так?