— Да так, после объясню, — пообещал Лотар.

У него появились от меня тайны? Вот это было странно.

— Пауль, можно тебя на минутку? — услышал я голос за спиной.

Доктор Маус стоял на пороге, утирал пот со лба и прикуривал сигару. Длинную и толстую, кажется, «Гавану».

— Во-первых, хочу тебя поблагодарить за помощь в эксперименте, — сказал доктор, когда я подошел.

— Да я вроде ничего такого и не сделал.

— Сделал, сделал. Ты просто не представляешь, какую полезную вещь ты сделал. Но я не про это. Завтра господин Лигард хочет проверить эффект от эксперимента м призванным духом.

— Опять трястись до того замка? — уныло спросил я. — Мы же только что ездили.

— Да, но… Мы ждем от этого необычайного эффекта, понимаешь? Признаться, Лингард меня приятно удивил, он привез с Берлина… В общем, сам увидишь. Но это завтра, а как говорили древние греки — живи сегодня! Ты не мог бы сегодня вечером отвести меня… на петушиные бои?

— С удовольствием, — сказал я, заметив, что замка и бумажки с печатью на двери склада больше нет.

Не знаю, как часто у нас «забирают почту», но я торопясь вытащил заготовленную записку и тут же приписал под сообщением о Генрике: «Сегодня после восьми вечера там же». Свернул в трубочку и засунул записку в руль. И сдвинул замок, как было уговорено. Не знаю еще, как мне удастся вечером свалить от Мауса, но что-нибудь придумаю. Тем более, он явно не меня прогуливать там собирается, а окунуться в мир азарта. Пусть и петушиного.

Сразу после ужина доктор Маус одолжил у доктора Вебера велосипед, и мы покатили в порт. Припарковались у лавки, но не у лавки Мигеля, а у самой большой, со стеклянной витриной с выставленными в ней ацтекскими божками. Однако Мигель меня заметил, вышел на улицу, но я сделал ему незаметный знак. Он подходить к нам не стал, раскланялся издали.

— Кто это? — спросил-таки Маус, тоже кланяясь.

— Это лавочник Мигель, — сказал я шепотом. — На самом деле он — отъявленный контрабандист. Но у него лучшие сигары и настоящие американские сигареты по очень хорошим ценам. Рекомендую!

Маус подошел к Мигелю и сказал длинную фразу на испанском. Причем, довольно чисто, почти без акцента. Мигель сначала слушал настороженно, потом широко улыбнулся, метнулся в лавку и вернулся с деревянным ящичком. Маус достал банкноту, вручил Мигелю, тот отсчитал сдачу и почти силой засунул ее Маусу в руку.

Маус рассмотрел ее и спросил меня не без удивления.

— Здесь, действительно такие низкие цены, или это только для тебя, как постоянного клиента?

— Обращайтесь, доктор, — с несколько нахальной улыбкой разрешил я и еще раз поклонился господину Мигелю.