— Он думал, что дух примет мертвых, — продолжил Генрих. — Но духу нужны живые жертвы. Ему нужны их жизни. Он должен забрать их сам. Питаться. Как там, у «Ведьминой башни». Павший в бою — не жертва. Лингард теперь надеется, что ему удастся найти новую группу «восставших».

Генрих говорил тихо и спокойно. Видно, мысли Лингарда он прочитал в полной мере. Я же быстро соображал. Могу ли я теперь оставить послание на стене? Летчик правильно сказал, чем быстрее информация дойдет до наших, тем лучше. Теперь выяснить точное время и дать знать летчику, что информация получена и передана. Чтобы был готов. Надо бы придумать, как именно это сделать.

Тут я вспомнил, что Генрих упомянул «Ласточку». Точно! Конечно нужно съездить на аэродром к пилоту Эрику. Если журналистов поручено привезти пилоту Эрику, то он-то точно должен знать, когда и куда именно их нужно привезти. И откуда. Теперь бы только подыскать повод для визита.

Честно говоря, эта дальняя поездка к духу в замок вымотала меня как физически, так и морально. Да и вспотели мы изрядно. Мы с Генрихом прошли в ванную, разделись до пояса, умылись. В это время в умывалку зашли улыбающийся Лотар с Михаэлем.

— Э, ребята, да на вас лиц нет, — сказал он. — Куда ездили-то?

— Рыцарский замок смотреть, — ответил я за обоих.

— Тогда вы вовремя. Доктор Баумайстер выдал нам фотокамеру, а доктор Вебер выпросил у кастелянши ключи от рыцарского зала. Устроим съемки рыцарского турнира.

— А что, доктор Вебер вернулся? — обрадовался я.

— Да, и не с пустыми руками. Кажется, тебя ждет письмецо от милой девушки Ангелии.

Письмецо было трогательное, но пустенькое. Ангелия писала про уроки, про домоводство, про вышивание. В конце призналась, что попросила подружку погадать на меня. Так вот, меня ждут суровые испытания, враг будет строить мне козни, но все закончится хорошо. И еще меня дет неожиданная встреча.

К посланию прилагалось фото. Ангелия на корме лодки кормит булочкой белых лебедей. Очень трогательно!

Тем временем ребята звали меня облачаться в доспехи. Всего панцирных доспехов было четыре. И еще один кольчужный доспех мавританского воина. Мы долго возились со всеми этими кожаными ремешками и фотографировались по очереди. Конечно, Клаус опять отличился. Он дождался, когда Михаэл облачится в самый крупный доспех и наденет на голову шлем. И вот сзади со всей дури врезал по шлему тем самым дауручным мечом, которым нас испугал доктор Баумайстер. Шлем с головы Михаэля свалился, и мы думали, что он Клауса убьет. Но в тяжелом панцире не смог догнать…