А я вот был совершенно уверен — лучшего варианта в Тифлисе не найти!

Наконец Пётр Иванович ответил мне, с сомнением качая головой:

— Ваше величество, право, я не могу принять столь высокого назначения. Мне не хватает веса, солидности и основательности. В Тифлисе я могу оказаться в изоляции, когда все откажутся меня принимать — слишком уж незначительна и малоизвестна моя персона!

— Пустое, князь! — успокоил его я. — Вы получите столько веса, сколько заслушиваете! Первые бои с горцами покажут всем вашу гордую решимость, предприимчивость, глазомер, смелость и отвагу — чего же более? Первые же распоряжения заставят уважать вашу предусмотрительность, умеренность, здравый смысл и бережливость. Ну а главное, что придаст вам вес — это правильная супруга. Как насчёт дома Романовых?

И, глядя в округлившиеся глаза Багратиона, я медленно, с расстановкой, сообщил:

— Я предлагаю вам, князь, рассмотреть возможность женитьбы на моей сестре, великой княжне Елене Павловне. Ей уже исполнилось шестнадцать, и, полагаю, титул грузинской царицы пойдёт ей очень к лицу!

На это всё Багратион не нашёлся что ответить. Елена была, пожалуй, самой красивой из моих сестёр; притом она отличалась ровным спокойным характером и скромным нравом. Иностранные дипломаты уже зондировали почву по поводу возможности сочетаться с ней браком для своих принцев; но я давно уже решил свести ее с Багратионом, и постепенно шёл к намеченной цели. А теперь предстояло совершить последний, решающий бросок!

— Но, ваше Величество! — наконец произнёс вышедший из ступора Пётр Иванович — как можно пойти на такой мезальянс?

Я, конечно, понял, о чём речь. Брак Бонапарта с Александрин в своё время вызвал в обществе очень неоднозначную реакцию, и теперь Пётр Иванович счёл за благо дуть на воду…. Но вообще, это он зря!

— Что тут такого, дражайший? На момент свадьбы вы уже будете грузинским царём — о каком мезальянсе может идти речь?

— Но что скажет Павел Петрович…

— И с Павлом Петровичем, и с Марией Фёдоровной вопрос сей давно согласован. Правда, есть одно «но» — вы должны понравиться моей сестре. Иначе, сами понимаете — какая семейная жизнь? Один разврат; а это обоим вам совершенно невместно!

Разумеется, Багратион согласился и, получив флигель-адъютанта, отбыл в Петербург — покорять Елену. Задача его сильно упрощалась тем, что маман уже основательно промыла будущей невесте мозги. Осталось лишь отписать в Гельсингфорс, чтобы сестрёнку перевезли оттуда в Зимний, и дождаться смерти царя Георгия, каковая, по всем признакам, была уже не за горами….