У кого-то страсть к алкоголю, а я любил всё то, что перечислил. Правда и спиртные напитки мне тоже нравились. Когда-то коньяк, когда-то виски, когда-то водка, самогон… Разные периоды были в жизни и в жизнях. Но алкоголь любил и меня, не наносил он мне тяжкий урон. Печень перерабатывала его легко в любых количествах.

Да-а-а… Отвлёкся я.

Так и вот. Аэрофлот багаж не досматривал. Вези хоть пулемёт. Лишь бы он вместился в чемодан. Так и захватывали самолёты террористы-угонщики. Даже через таможню спортсмены умудрялись провезти огнестрельное оружие из-за границы. И везли. А потом продавали тут. Хороший револьвер стоил половину «Волги». Вот я и привёз с собой те железки, которые мне сделал отец.

Это были тонкие безобидные цилиндры с резьбой на одном конце. Но на эту резьбу наворачивались стреловидные наконечники и они превращались в метательное оружие. Я брал их с собой на пробежку и метал в сухое дерево. Обеими руками метал. С разных расстояний метал. И то, как я попадал туда, куда хотел, приносило мне натуральное блаженство. И вот с этими своими железками я подступился к Юрию Владимировичу Никулину в первый же день посещения местного цирка.

Цирк, кстати, был летним. Не шапито, конечно, но зимой в нём представления не давали. Но сам манеж и зрительный зал был не меньше чем в «Цирке на Цветном».

— А в Симферополе цирк есть, — спросил я Юрия Владимировича.

— Есть. Но, хоть и капитальный, но тоже небольшой. Там даже своей труппы нет. И зимой там тоже «ловить» нечего. Да и летом тоже. Все зрители, Паша, здесь. Вон они пасутся.

Никулин показал на гуляющих вокруг цирка отдыхающих.

— Я, Юрий Владимирович, хотел показать вам кое какой трюк, — сказал я, когда мы вошли в манеж.

— Что за трюк? — сразу встал в стойку Никулин.

Он сейчас напоминал охотничью собаку, почуявшую дичь. Сеттера или гончую…

Я достал одну свою железку и накрутил на неё наконечник.

— Вот этой штукой я могу попасть куда угодно и с любого расстояния. Хотите покажу?

— Вот этой штукой? — спросил он тоном «Балбеса» из «Операции Ы». — Куда угодно?

Я улыбнулся и кивнул.

— Коля! — крикнул он «своему» униформисту, парню лет восемнадцати. — Поищи как что-нибудь, во что можно воткнуть, например, топор или нож.

— Какого размера? — спросил «Коля».

Никулин посмотрел на меня.

— Любого. Лишь бы в неё могла воткнуться эта железка.

— Любого, Коля. У собачников есть доска, на которой они мясо режут для своих питомцев. Выкради её у них.

— Загрызут, — покрутил головой «Коля». — Собак натравят. Я там доску «половую» видел и козлы. Вы же ножи метать собрались?