Судя по всему, это была комната, которую Киогар выделил Яране. И судя по тому, что сам Киогар сейчас был внутри, понятие личного пространства он забыл сразу после того, как «отбил» ее у меня.

Через закрытое окно я не слышал, что именно они говорили даже с «Урией». Но слышать и не было нужно. Все было понятно без слов.

Ярана сидела за массивным деревянным столом, откинувшись на спинку стула. Ее поза была спокойной, но напряженные плечи выдавали ее истинные эмоции.

Киогар стоял перед ней, что-то говоря, без криков, но с явным раздражением. Судя по всему, это было что-то типа: «Я позволил тебе жить в своем доме вместо того, чтобы ночевать под открытым небом с Седриком и его оборванцами, так что ты должна мне, и долг свой ты сможешь выплатить лишь в одной форме».

Лица Яраны я не видел, но ее ответ Киогару явно не понравился. Однако орать или злиться он не стал, попытавшись вновь что-то ей объяснить. Кажется, так происходило уже какое-то время до того, как я прибыл.

Тем не менее, после еще нескольких итераций из его монологов и ее односложных ответов, пиратский капитан все-таки потерял терпение и, судя по гневному виду и коротким финальным словам, напоследок он выдал некий ультиматум, после чего развернулся и вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Ярана не двинулась с места еще с минуту. Потом ее плечи опустились, и она провела рукой по лицу. Именно в этот момент я постучал костяшками пальцев по оконной раме.

Она вздрогнула, резко обернулась, ее рука инстинктивно потянулась к пояснице, где обычно висел клинок. Увидев мое лицо в проеме окна, ее глаза сначала расширились от удивления, а потом в них вспыхнула такая яростная, безудержная радость, что у меня ёкнуло где-то внутри. Она метнулась к окну, распахнула его.

— Ты! Черт возьми! Как ты… — прошептала она, позволяя мне залезть внутрь.

Я перевалился через подоконник и оказался в комнате. Пару секунд мы просто стояли друг напротив друга, потом она вдруг ударила меня кулаком в грудь. Сильно.

— Ты, кретин бестолковый! — ее шепот был обжигающе ядовит. — Как ты мог просто отдать ему меня, как вещь⁈

Она была права. По крайней мере частично. Но в любом случае оправдываться я не собирался.

— Но я ведь пришел и ничего не случилось. И уже не случится.

— Что ты придумал? Говори. Что делать? Потому что я его, кажется, просто прирежу во сне.

— Этого как раз нужно избежать, — сказал я быстро. — Ты сделаешь наоборот. Ты пойдешь к нему. Сама.

Она смотрела на меня, не веря своим ушам.

— Ты с ума сошел? После всего, что он только что сказал?

— Именно поэтому. Он этого ждет. Ждет твоей покорности. Так дай ему ее. — Я сделал паузу, подбирая слова. — Но на своих условиях. Скажи ему… что ты согласна. Но у тебя есть фетиш. Ролевая игра. Ты хочешь, чтобы он был связан. Чтобы он тебе доверился и позволил завязать глаза. Что за такое послушание его ждет награда. Что-то в этом роде. Главное — чтобы его глаза были закрыты. И чтобы окно в его спальне было открыто. Все остальное… я беру на себя.