Он вздрогнул всем телом, его рот открылся для крика. Но я уже занес руку и нанес ему удар кулаком в висок.
Голова Киогара дернулась и бессильно откинулась на подушку. Он затих, потеряв сознание. Парализующие татуировки были бы бесполезны против его ранга, но старый добрый удар в голову еще никто не отменял.
— Быстро, — бросил я Яране, уже срывая с кровати удачно почти черную простынь и начиная заворачивать в него обездвиженное тело. — Помоги.
Она, не теряя ни секунды, схватила его за ноги. Мы спешно завернули его в плотный кокон. Я окинул взглядом комнату. На резной тумбе у кровати лежал его поясной кошель, туго набитый.
Я схватил его — внутри тяжело звякнули золотые слитки. Мелочь, но приятный бонус. К тому же может пригодиться.
— Пошли, — я взвалил тюк с Киогаром на плечо, почувствовав его немалый вес, вышел на балкон. Ярана, быстро одевшись, выскочила на балкон следом и схватила меня за плечи.
Поднявшись как можно выше, чтобы не попасть в световые пятна фонарей и домов, мы пронеслись над спящими улицами пиратского города, держа курс на голый край Руин.
Там нас уже ждали. Силар, Хамрон и остальные радостно поприветствовали Ярану, после чего Силар принял из моих рук сверток с Киогаром и понес вглубь нашего импровизированного лагеря.
— Все чисто? — спросил я.
Силар кивнул, его глаза блеснули в темноте.
— Никто не подходил. Дальше?
— Дальше, — я перевел взгляд на Ярану, которая стояла, обнимая себя за плечи, но с гордо поднятой головой, — начинается самое интересное.
Глава 9
Мы притащили обездвиженного Киогара в заброшенный сарайчик на самом краю Руин. Силар молча, одним движением, сбросил тюк с телом капитана с плеча на грязный пол.
Тот глухо ахнул, издав сдавленный стон из-за кляпа. Я выдернул простыню, в которую его заворачивали, и отшвырнул в угол. Киогар лежал на боку, его глаза, широкие от ярости и унижения, метались между мной, Силаром и Яраной, которая молча прислонилась к косяку входной двери, скрестив руки на груди. Ее лицо было каменным, в глазах читалось напряженное ожидание.
— Ну что, Длиннорукий, — начал я, присаживаясь на корточки перед ним. Запах пота, страха и дорогого парфюма, которым он щедро полился перед свиданием, ударил в нос. — Давай поговорим по-мужски. Ты нам — информацию о твоих названых братцах. Мы тебе — жизнь. Без боли от пыток. Справедливый обмен.
Он что-то яростно забормотал сквозь тряпку, засунутую ему в рот. Взгляд обещал медленную и мучительную смерть. Я усмехнулся.
— Вижу, ты не в духе. Ладно, уговорил. Покажем спектакль без антракта.
Я приложил кончики пальцев к его обнаженному плечу. Татуировка «Сотни порезов», теперь действенная, так как наручники блокировали ману в теле Киогара, вспыхнула тусклым белым светом. Киогар вздрогнул, но это было ничто. Просто прикосновение.