Вот он — ничем не примечательный канализационный люк в переулке между двумя обветшалыми тавернами. Я присел, пальцы нашли почти невидимую защелку.

Механизм щелкнул, и тяжелая чугунная крышка беззвучно отъехала в сторону, открывая черный провал. Я нырнул в него, как крыса в нору, и тут же потянул крышку на место.

А чудовищного взрыва, которого все ожидали, так и не последовало. Корабль просто лег мертвым грузом на здание, закупорив собой часть крыши и верхних этажей.

Темнота в секретном коридоре была абсолютной, благо, мне это уже не мешало. Пахло сыростью, плесенью и мочой. Я не стал тратить время на раздумья. Пока я несся по коридору, «Ольва» активировалась и я почувствовал, как кости лица и мышцы поползли, меняя овал, скулы, разрез глаз.

Через несколько минут я оттолкнул другую крышку — на окраине города, в туалете случайного бара и, выбравшись наружу, без проблем слился с толпой.

Людской поток уже образовывался — нестройный, панический, но несущийся в одном направлении. К порту. Они слышали мое предупреждение.

Они верили или боялись Коалиции достаточно, чтобы бежать. И я стал частью этого потока, просто еще одним испуганным лицом в толпе, бегущей от войны.

Снова добравшись до центральных районов в потоке людей, я влился в растущую толпу на одной из улиц, намеренно выбрав место подальше от прямого пути к порту.

Воздух был густ от криков, плача детей и спутанных возгласов. Я вскочил на подножку брошенной повозки, цепляясь за ее край, чтобы не упасть в давке.

— Не верьте ему! — закричал я, надрывая горло, и мой голос, теперь хриплый и испуганный, потонул в общем гуле. — Это ложь! Провокация! Он нас просто дурачит, сеет панику!

Я видел, как несколько человек обернулись на мой крик, их глаза были полны растерянности и страха.

— Они хотят, чтобы мы побежали, как стадо! Разбежались по норам! А потом придут и перебьют нас поодиночке! — я выкрикивал слова, вкладывая в них всю силу притворного отчаяния. — Мы должны объединиться! Защитить наш дом! Перекресток — это мы! Не позволим ни Коалиции, ни кому другому нас сломать!

Но пока мой голос выстреливал в толпу этими призывами, прячущими меня от любых подозрительных взглядов, мой ум холодно анализировал ситуацию.

Первая часть плана сработала. Удар по эскадре у Руин Черной Чайки вывел из игры около четверти их капитанов и бойцов. Это был ощутимый урон, ослабивший хватку совета. А теперь, благодаря этому спектаклю с кораблем и объявлением, я посеял не просто панику. Я бросил в умы семена раздора.

Ведь далеко не всем в Перекрестке, этом пристанище отбросов, неудачников и вольных духом, придется по вкусу перспектива стать винтиком в машине «Ока Шести».