Материалы и ядра для нескольких сотен щитов я заказал заранее и теперь они лежали передо мной грудой, только для того, чтобы под воздействием моей маны начать превращаться в «Сказания о Марионе, защитнике свободы».

— Это «Сказание о Марионе», — объявил я. — Его природа — защита и разрушение оков. Поскольку я его создатель, вы можете использовать его без риска быть поглощенными его сюжетом. Он будет верно служить вам.

Но главное открытие ждало меня, когда я активировал свой собственный щит, уже уровня Предания. Я ощутил не только его привычную мощь, но и тонкие, едва уловимые нити, тянущиеся от него к каждому из созданных щитов.

Я понял это интуитивно, как понимал свои татуировки. В обычном бою я мог перенаправлять часть урона с их щитов на свой. И наоборот, в момент моего собственного крайнего напряжения, в схватке с превосходящим противником, я мог заимствовать прочность их щитов, чтобы укрепить свою оборону до невероятных высот.

Так что это была не просто раздача артефактов. Это было создание живой, взаимосвязанной оборонительной системы, где каждый боец становился частью целого.

###

Ожидание результатов состязания дивизий тянулось мучительно медленно. Бездействие было мне в тягость. Так что я решил, раз у меня появилось время, потратить его на что-то полезное.

Я отправился на «Летучем Лисе», оставив батальон на Силара. Руины Трех Лун встретили меня все тем же хаотичным гомоном. Ничто не изменилось, но я смотрел на этот город другими глазами. Он больше не был ловушкой или игровым полем. Он был просто точкой на карте.

Меня без лишних слов провели в знакомые роскошные апартаменты Сирмака. Он ждал меня, а во взгляде — тень той самой отчаянной надежды, что я видел у него в последний раз.

— Майор Марион, — произнес он, оборачиваясь. Его голос был ровным, но в глубине глаз плескалось что-то хрупкое. — Или, как я слышал, теперь уже не просто майор.

— Быстро до тебя доходят новости, — улыбнулся я. — Обещания не зависят от званий, Сирмак. Я сказал, что помогу, когда смогу. Теперь могу.

— Ты точно сможешь? — в его вопросе прозвучал страх. Страх услышать «нет».

— Как минимум, я попробую. Покажи мне.

Он молча кивнул и провел меня вглубь апартаментов, в затемненную комнату, пахнущую лекарственными травами и статическим зарядом маны. На широкой кровати, укрытая шелковым одеялом, лежала девушка.

Ее лицо было безмятежным, как у спящей, но губы были плотно сжаты, а веки не вздрагивали. В ее руках, прижатых к груди, она сжимала кинжал.

Именно он был источником проблемы. Артефакт Предания. Он был изящным, с тонким, как игла, клинком и рукоятью, обвитой серебряной проволокой.