Я летел сквозь этот хаос, мои татуировки выстреливали сгустки энергии, сбивая вражеских Артефакторов, пытавшихся атаковать наши корабли. Все вокруг было движением, огнем и криками, доносившимися через общий канал.

Трое членов совета вышли на меня почти одновременно, вынырнув из хаоса боя, словно призраки, рожденные из огня и тлена. Шейла Золотница, чье тело было унизано сияющими золотыми амулетами, Солвас Мрак, закутанный в плащ, поглощающий свет, и Карника Яростная, с двумя огромными, дымящимися топорами в руках.

Они атаковали с разных сторон, пытаясь зажать меня в клещи. Лучи Шейлы прошили пространство, но мои щитовые татуировки активировались, создав барьер из мерцающей золотой энергии, который отразил атаку с пронзительным визгом.

В тот же миг черная сфера в руках Солваса ударила мне в спину, пытаясь поглотить мою ману, но золотые нити Маски на груди вспыхнули, и темнота отскочила, словно наткнувшись на раскаленное железо.

Я развернулся, едва успевая парировать двойной удар топоров Карники, скрестив предплечья. Ее клинки со скрежетом отскочили от щита, а я использовал импульс, чтобы отлететь назад, создавая дистанцию.

Но пока мое тело реагировало на атаки, мое сознание было немного не здесь. Через «Юдифь» я прекрасно видел всю картину боя. Интересовали меня, однако, не все его участники, а только бойцы моего батальона, участвующие сейчас в своем первом полноценном сражении в таком составе.

Они сражались великолепно, тем более что эффект неожиданности и ночная тьма работали на нас. Четыре месяца муштры, тренировок и миллионов, потраченных на тоники, препараты маны и прочие плюшки не прошли даром.

Однако, как бы хорошо они ни сражались, я то и дело ощущал, как гаснут золотые метки, поставленные мной с помощью кольца «Преданного командира». Одна… вторая… третья…

с каждой гаснущей зеленой точкой я чувствовал крошечный, но отчетливый разрыв. Короткий, холодный толчок в сознании, словно лопнула невидимая струна. Чья-то жизнь, прервавшаяся в огне и вакууме.

Вот погасла метка Барлиса — молодого артефактора с «Пророка», который только за день до отбытия с базы пробился на Сказание и, когда я поздравлял его, в чувствах бросился мне на шею. Вот еще две — Желар и Ворфел — бойцы из отряда Карины, попавшие под сконцентрированный залп.

Я видел их лица, помнил их имена, с каждым мы общались лично, и не раз. В отличие от смертей, случившихся в Руинах Желтого Дракона в Амалисе, этим смертям я лично был свидетелем, и это было намного больнее.

Я мог бы. Сейчас. Разорвать Шейлу, Солваса и Карнику в клочья до того, как они опомнятся, потратив на это немало сил и поставив себя в уязвимое положение перед возможной неизвестной угрозой.