Огненные кнуты ударили по корпусам, рвали паруса, плавили броню. Первые же секунды превратили пару кораблей в разваливающиеся факелы, осыпающие искрами и обломками.

Второй залп обрушился на них еще до того, как отгрохотали все взрывы после первого. Мы не давали им и секунды на передышку.

Энергетические снаряды и залповые очереди артефактных пушек рвали в клочья корпуса. Третий корабль — тяжелый корсар «Буревестник» — получил попадание в носовую орудийную батарею, и цепная реакция взорвала его изнутри, разметав горящие обломки по соседним судам.

Хаос достиг апогея. На палубах атакованных кораблей, наконец, началась лихорадочная деятельность. Фигурки людей, похожие на раздавленных муравьев, метались у орудий, пытаясь сорвать брезентовые чехлы и зарядить пушки.

Кое-где уже вспыхивали ответные зарницы выстрелов, но они были беспорядочными, неточными — панической реакцией, а не организованным огнем.

Четвертый залп наш клин выпустил почти в упор. Мы сблизились, пользуясь их дезориентацией. Я видел, как энергетический сгусток с «Голубя Войны» удачным попаданием прошил насквозь корабль, и тот, не взорвавшись, просто начал разламываться пополам.

Девятый корабль лишился кормы и беспомощно закрутился, вываливая за борт обломки и тела.

Девять кораблей из сорока пяти перестали существовать как боевые единицы, прежде чем их экипажи вообще поняли, что происходит. Еще пять дымились, получив критические повреждения: у одного был оторван носовой обтекатель, у другого горели двигатели, третий беспомощно висел с разорванными бортами.

Но пираты были не новичками. Шок начал рассеиваться, уступая место ярости и инстинкту самосохранения. На уцелевших кораблях, наконец, взревели двигатели, выводя их из столбняка.

Капитаны, оставшиеся в живых, пронзительно орали приказы в переговорные устройства. Орудийные порты захлопывались, щиты — те, что уцелели, — загорались тусклым, но стабильным светом.

Первый сконцентрированный ответный залп пришелся по левому флангу нашего клина, где держались корабли Дейларга. Энергия брызнула сферой, столкнувшись с его щитами, и один из фрегатов Дейларга клюнул носом, из его борта повалил густой черный дым.

Второй залп, менее организованный, но не менее яростный, приняли на себя корабли Валаоники. Они резко сманеврировали, уходя из-под огня, но несколько импульсов все же достигли цели, оставив на их броне глубокие, оплавленные борозды.

Бой начался. Теперь это была не бойня, а схватка. Пусть мы и выбили из строя почти треть их сил до начала, но оставшиеся три десятка кораблей были полны решимости отомстить.