Пока Резанов отвлекся на разговор с Фоссе, я, словно невзначай поправляя колоду, сделал пару неуловимых микроскопических наколок на старших картах. Одно легкое нажатие. Никто ничего не заметил. Теперь, сдавая карты «в свет», я четко видел, кому что пришло. Технично сливая мелкие партии Резанову, поддерживал его хорошее настроение, но при этом аккуратненько, стараясь не наглеть, потрошил кошельки «кавалеров», стараясь срывать банк именно на их крупных ставках. Юноши только охали, списывая всё на мое дьявольское везение.

— Вы уже заметили, граф, как ведут себя флотские? — камергер брезгливо поморщился, сбрасывая карту. — Глядят на нас, как на бесполезный балласт. И знаете, что самое возмутительное?

Я вопросительно поднял бровь.

— Капитан Крузенштерн имел наглость намекнуть, что в затхлой воде и плохой пище виновата моя Российско-Американская компания! Свою неспособность пытаются прикрыть нападками на мое ведомство!

— Интересно, отчего корабль так течет, — как бы невзначай бросил я, тасуя карты. — Воды в трюме с каждым днем все больше. Может, англичане строили корабль из сырого леса? В военную пору, когда военному флоту срочно нужны вымпелы, такое, говорят, бывает сплошь и рядом.

Резанов снисходительно покачал головой, аккуратно снимая предложенную колоду.

— Это маловероятно, Федор Иванович. Я видел документы о покупке. Наш «Леандр» строило не лондонское Адмиралтейство. До того как мы его переименовали в «Надежду», это было сугубо частное коммерческое судно.

Я мысленно присвистнул. Частник? Частник, вложивший свои кровные фунты в постройку, ни за что не станет строить из невысушенной древесины — это же чистой воды банкротство, верная смерть для бизнеса. Если казенные заказчики еще могли где-то прикрыть глаза, то частник на это не пойдет. Значит, дело было не в спешке верфей.

— Тогда, может, сухая гниль? — предположил я, сдавая карты.

— Кто знает, — посланник равнодушно пожал плечами, пододвигая к центру стола пару серебряных монет. — Я всех этих морских тонкостей не разумею. Но то, что капитан Лисянский при покупке должен был всё как следует осмотреть — это непреложный факт. Государственные деньги за эти два судна уплачены колоссальные!

Остаток вечера прошел в исключительно теплой атмосфере. Карточную партию мы свели почти вничью — я позволил Резанову выиграть какую-то мелочь, чтобы оставить приятное послевкусие от беседы.

Возвращаясь в свою тесную, пахнущую оружейным салом каюту, я чувствовал себя так, словно только что удачно зашел на долю в очень крупный федеральный проект. Главное теперь — не дать флотским и свитским сожрать меня в их междоусобной войне, пока мы плывем к этому японскому Эльдорадо.