Толчок. Шаг в пустоту. Ветер рванул рубаху, серая вода — ближе, ближе, ближе.
И одна дурацкая мысль, лезет, сука в голову: «А Федька-то вообще плавать умеет?»
Глава 8
Удар о воду — будто в бетонную стену. Ледяная вода сковала грудь, перед глазами померк свет, сменившись зеленовато-серой, мутной мглой. В уши ударил тяжелый, утробный гул штормового моря.
Взрослый разумный мозг заорал матом: «Слышь, дебил малолетний, какого хрена ты прыгнул⁈» Попытался вынырнуть и понял, что не получится: сапоги из отличной кожи напитались водой, чугуном тянули на дно. Усилием воли подавляю приступ паники. Секунда возни с разбухшими голенищами — один сапог соскользнул и пошел ко дну. Еще рывок — прощай, второй! Минус десять полновесных имперских рублей. Зато ноги мгновенно ощутили невероятную легкость.
Мощно оттолкнувшись ногами, я рванул наверх. К воздуху, к свету.
Пробив поверхность воды, судорожно, я с хрипом глотнул воздух и в ту же секунду получил наотмашь по лицу тяжелой, свинцовой волной. Соленые брызги ослепили, во рту разлилась мерзкая горечь, но я упрямо замотал головой, смахивая воду с глаз.
Где он⁈
Поднявшись на гребне очередной волны, я зацепился взглядом за черную точку метрах в пятидесяти от себя. Барахтается. Живой.
Ну, теперь у него есть все шансы. Начал плыть и тут же понял — Федя плавать умеет, но по-дурацки, неуклюжими саженками. Тут же включил память из своей прошлой жизни и выдал техничный спортивный кроль. Впервые я вел тело Федьки в экстремальной ситуации, и оно прекрасно подчинялось. Руки работали как лопасти, сокращая дистанцию.
Хорошо быть молодым!
Еще несколько гребков, и — вот он, утопленник. Подплываю к нему сбоку. Пацан совсем плох. Упав с такой высоты, он явно ударился о воду, наглотался, и теперь паниковал. Волосы облепили голову, глаза белые от ужаса, рот хватает воду пополам с воздухом. Увидев меня, парень издал булькающий хрип и инстинктивно вскинул руки, пытаясь мертвой хваткой вцепиться в шею своего спасителя.
Нет, чувак, так не пойдет. Повиснешь на мне — утонем оба. Утащит на дно, как гиря.
Только увидав его безумные глаза, я не стал миндальничать и вести светские беседы. Сходу выдал короткий, жесткий хук с правой прямо в мокрое, перекошенное от ужаса лицо. Хлестко. От души. Уж не помню кто меня этому обучал — инструктор по серфингу в Мексике или кино про спасателей Малибу. Не важно — работает же!
Парень дернулся, захлебнулся и на секунду обмяк, оглушенный неожиданной плюхой. Мне этой секунды хватило. Загреб со спины, намертво вцепился в торчащую на затылке косичку-тупей, рывком запрокинул его голову так, чтобы лицо оставалось над водой.