Алексей держал её в руках, как реликвию.
Он вытер лоб — и впервые за много дней засмеялся.
— Пошли в подвал, — сказал он. — Проявим. Если получилось — значит даем результат. Если нет — придется запускать по новой.
И уже уходя, глядя на неподвижного «Комара», добавил:
— Но он вернулся. Это главное.
Глава IX Первый результат
В подвале, превращённом в фотолабораторию, пахло уксусом, химией и гарью от коптилки. Алексей склонился над миской с проявителем. Плёнка с ленты Leica медленно проявляла очертания — контуры холмов, деревьев, тёмные точки — люди, техника, окопы.
— Есть… — прошептал он.
Дурнев, стоявший у двери, приглушённо выругался:
— Да ну… Смотри, вон она, пушечка. Под кустом замаскировали.
На первом кадре — ничем не примечательная лесополоса. На втором — просматривались скрытые позиции, едва заметные, но отчётливые. На третьем: гаубица, частично прикрытая брезентом. На четвёртом — силуэты людей. Один с рацией. Другой у ящика.
— Это наблюдательный, — сказал Алексей. — Вот за ним и бьют. Отсюда пристрелка.
Через двадцать минут снимки уже лежали на столе в блиндаже штаба. Командир вчитался глазами, сузив взгляд. Рядом стоял Чубаров, куривший уже третью махорку подряд.
— Ты уверен, что это свежая позиция? — спросил командир.
— Снимок сделан несколько часов назад. — Алексей говорил спокойно.
Командир кивнул связисту:
— Передай по батарее. Координаты — вот. Дать залп, проверить результат. Пятиминутный интервал.
Солдаты засуетились. Откуда-то принесли карту, приложили к снимкам. Быстро, слаженно — без обсуждений. Все поняли: если это сработает — война станет другой.
Через семь минут с востока донёсся залп. В воздухе дрожала земля. Через пять — ещё. В подвале все молчали. Алексей стоял у стены, сжимая пальцы в кулак. Дурнев ссутулился, глядя в пол.
— Больше ничего не будет? — спросил Чубаров, не оборачиваясь.
— Ждём разведку.
Спустя двадцать минут влетел связист с запиской. Командир вскрыл, прочитал. Поднял взгляд на Громова. Потом снова на бумагу.
— Позиция уничтожена. Два прямых попадания. Остатки отходят к балке.
Наступила пауза. Потом Чубаров выдохнул:
— Работает.
Командир откинулся назад.
— Вот тебе и фанера с брезентом. Ну что, инженер, готовь следующего комара. Завтра — новое направление. Тоже сидят в кустах, и пока также мы слепы. Но ты теперь у нас и глаза и уши.
Он подошёл к Алексею, протянул снимки.
— Оставь себе. История, считай. Первый в мире самолёт из подвала, который отомстил за разведку.
Вернувшись в мастерскую, Алексей молчал. На сердце было странное чувство — не восторг, не гордость. Ответственность. Он только что показал: можно видеть. Можно бить точно. Можно делать из воздуха оружие.