Шумилов обернулся к Громову, который в этот момент входил в штаб.
— Алексей Андреевич, вижу, что получилось. Немцы попались на нашу уловку. Теперь мы знаем, где они находятся.
— Это только начало, товарищ генерал, — спокойно сказал Громов. — Работаем дальше.
Шумилов коротко кивнул, не теряя серьёзного выражения. Он понимал, что любое преимущество нужно закреплять, особенно в условиях таких тяжелых боёв.
Глава XXVIII Конец радиоигры и охота на Паулюса
Громова вызвали в штаб 64-й армии на рассвете. Полковник разведуправления, суровый человек с глубокими морщинами вокруг глаз, выложил перед инженером распечатанные донесения.
— Алексей Андреевич, поступило предложение использовать ваши радиопередатчики по-новому. Мы знаем, что немцы внимательно слушают эфир. До сих пор мы только подавали ложные команды, чтобы отвлечь их от реальных частот. Но теперь ситуация изменилась.
Громов поднял голову от листов. Его взгляд встретился с усталыми, но напряжёнными глазами полковника.
— Операция «Кольцо» вступает в решающую фазу. Нам нужно ещё больше дезориентировать немцев. Если вы сможете направить их в неправильное место, мы сможем захватить их в ловушку. Другими словами, ваша задача — устроить настоящую радиоигру.
Подвал, отведённый под радиотехническую мастерскую, едва освещался жёлтым светом лампы. По углам стояли деревянные ящики с аккумуляторами, катушки проволоки, провисшие карты и схемы. На длинном столе — паяльник, обрывки изоляции, свёртки с лампами и стеклянными резонаторами. Над всем этим склонились инженер Алексей Громов и старший техник-лейтенант Лавров, недавний прибывший из состава ОСНАЗ — войск связи специального назначения.
— Значит так, — Громов проводил пальцем по схеме. — Рабочая частота — в районе 31,5 мегагерц. Их радиостанция SE 90/40 работает на ней. Если подадим сигнал, совпадающий по модуляции, при этом с «искажённым контекстом», немец примет за свою.
— Этого мало, — отозвался Лавров,. — Надо построить правдоподобный протокол: обращения, термины, даже ритм передачи. У немецких радистов не просто связь, у них дисциплина. Если учуют фальшь, всё будет насмарку.
— Поэтому и нужен ты, — кивнул Алексей. — Остальное сделают беспилотники.
Рядом жужжала ламповая станция. Старая, но надёжная. Её передатчик был вмонтирован в корпус, который ещё неделю назад использовался под катушки с плёнкой. Антенну вывели наружу, проложив кабель через вентиляционное окно.
В тот день радиоигра началась. Сначала в эфир вышел позывной, вымышленный, но подходящий в полном соответствии к немецким стандартам. Речь шла о «неустойчивости восточного участка», «отходе советских частей» и «снижении миномётной активности». Через сутки поступил доклад: немецкая группа пошла в разведку на указанный рубеж и попала под огонь.