— Товарищи командиры, — начал он, окинув взглядом собравшихся. — Вчерашний налёт диверсантов ясно дал понять: за объектом, закрепленным за нашей дивизией немцы наблюдают самым внимательным образом. Мы можем сколько угодно оборонять его, но если мы не примем меры — будет хуже. Мастерская Громова — цель, которую немцы теперь не оставят в покое.

Его голос был ровным, без излишней резкости, но каждое слово будто висело в воздухе, заставляя всех сидеть ровно.

— Однако, мыслю я — продолжал Пичугин, — за одного битого двух небитых дают. Если Громова заметили, значит, он стоит того, чтобы его дело продолжало работать. Беспилотники нужны фронту, нужны армии. Поэтому предлагаю следующее: мы переносим мастерскую в более безопасное место. Конечно, не в глубокий в тыл, но и не оставляем в опасной зоне. Это место мы определили и знать о нем будут немногие

Он оглядел офицеров. Некоторое время в комнате стояла тишина, прерываемая лишь скрипом карандаша по бумаге.

— Лучше потерять немного времени на переезд, чем потерять всё в одном налёте. Мастерскую надо сохранить, — добавил Пичугин.

Подполковник Сметливый, начальник разведки дивизии, кивнул. Его бойцы уже несли круглосуточное дежурство, и, судя по его взгляду, он был не против такой перестановки. Подтвердили своё согласие и другие присутствующие. Решение было принято.

Пичугин встал, взял с края стола карту, свернул её и, указывая офицерам на дверной проём, сказал:

— Составьте маршрут эвакуации. Пусть это будет самая незаметная и быстрая переброска. Чтобы завтра, к утру, мастерская уже была на новом месте.

Собравшиеся начали подниматься со своих мест. Бойцы у дверей распрямились, готовясь впустить нового связного, который ждал снаружи. Полковник ещё раз оглядел собравшихся.

— Не забывайте, товарищи, — проговорил он напоследок, — любая задержка может стоить нам больше, чем мы можем позволить. Громова надо сохранить. Как и то, над чем он работает.

С этими словами совещание завершилось. Люди в полуподвале разошлись, и началась подготовка к срочному переезду.

* * *

Когда утром Громову передали приказ о срочной эвакуации, он ничего не сказал, лишь кивнул. Об этом решении командования он знал, сейчас же было получен официальный приказ. Но уже через пять минут в мастерской началась энергичная подготовка. Надо было собрать всё: от больших станков до мелких деталей, не забыв ни одной важной схемы.

Сержант Дурнев вошёл в помещение и спросил:

— Товарищ инженер, машины на подходе. Как будем грузить?

— Начнём с самого тяжёлого, — откликнулся Алексей, с трудом отрываясь от стола, где уже разложил несколько схем. — Станки, генератор, инструментальные ящики. Ничего не оставляем.