Наступил день, когда он объявил, что аппарат готов к полевым испытаниям. Теперь его предстояло установить на дрон и проверить в реальных условиях.

— Следующим шагом будет проверить связь на расстоянии, — сказал Громов своим помощникам. — Мы запускаем дрон, а потом смотрим, что он видит. Это станет нашей новой точкой отсчёта.

* * *

Когда всё было готово, Громов и его команда решили провести испытание в реальных боевых условиях. Дрон, оснащённый примитивной видеосистемой, был доставлен в безопасную тыловую зону. Именно отсюда он должен был отправиться на разведку.

На небольшом полевом аэродроме, скрытом в глубине леса, началась последняя подготовка. Дурнев проверял контакты, операторы устанавливались за своими приёмниками. Место было выбрано так, чтобы исключить риск случайного обстрела, но достаточно близко, чтобы дрон мог достичь передовой и вернуться.

— Если всё сработает, мы получим точные данные, — сказал Громов, наблюдая за окончательной настройкой аппарата.

— А если не сработает? — пробурчал Дурнев, вставляя очередной контакт в панель.

— Тогда мы узнаем, что ещё нужно доработать, — спокойно ответил инженер.

Все взгляды были прикованы к аппарату, стоявшему на деревянной катапульте. Операторы, получив последние инструкции, заняли свои места. Дурнев поднял руку.

— Начинаем!

С тихим жужжанием аппарат взлетел, сначала неуверенно, затем набирая высоту. Алексей держал наготове блокнот, чтобы сразу записывать текущие проблемы. Дрон медленно набрал нужный угол и направился к району, где, по последним данным, находились немецкие склады.

— Изображение идёт, — сообщил один из операторов, глядя в примитивный монитор.

— Что видишь? — спросил Дурнев.

— Дороги, лес… Постой, кажется, вижу постройки, — ответил оператор.

— Давай ближе, — скомандовал Громов.

Аппарат продолжал двигаться. На экране появлялись обрывки изображений: очертания зданий, дорожки, покрытые снегом. Изображение было не идеальным, но можно было различить движение людей у одного из зданий.

— Это они, — сказал Дурнев. — Немцы. Видно, как бегают.

— Снимай, что можно, — приказал Громов. — Главное — засечь их позиции.

Оператор включил запись. В течение нескольких минут аппарат кружил над районом, фиксируя все детали. Затем связь начала прерываться. На экране появились помехи, изображение исчезло.

— Что происходит? — настороженно спросил Дурнев.

— Возможно, помехи от фронтовых радиостанций, — предположил Громов. — Возвращаем его обратно.

Когда дрон благополучно приземлился, команда сразу принялась изучать полученные кадры. Изображение оказалось неидеальным, но вполне различимым: были видны здания, транспорт и силуэты немецких солдат. Теперь у них появились точные данные о расположении вражеских позиций.