Храмовник облизал ложку, кивнув, отодвинул от себя пустую посуду и встал. Обойдя стол, мужчина поднял мою и свою седельную сумку.
— Идем, пара часов на сон в мягкой постели пойдет на пользу после такой поездки.
Я, удивленная тем, что островитянин доверил Указующему помочь мне, лишь молча кивнула и, подхватив свои вещи с лавки, взяла ключ и пошла следом за храмовником наверх, по слегка поскрипывающей лестнице, в освещенный парой масляных ламп коридор.
У самой двери Гир взял у меня ключ, открыл дверь и, пройдя внутрь первым, запалил стоящую на тумбе у кровати лампу маленьким огоньком, соскользнувшим с пальцев.
Обойдя комнату по кругу и заглянув в каждый уголок, храмовник удовлетворенно хмыкнул и вернулся ко мне.
— Чисто, во всех смыслах. Кто помогал тебе с доспехами раньше?
Я, бросив свою ношу на кровать, подняла левую руку, чтобы Гиру было проще расстегнуть ремни кирасы.
— Альвин.
— А, да, конечно. Забыл. Из него бы вышел хороший храмовник, — Указующий кивнул, быстро справившись с ремнями на боку и опустившись на одно колено, также ловко принялся разбираться с броней на ногах, пока я снимала перевязь с пояса.
«Надо же, привыкла к ней настолько, что практически не ощущаю и даже уже не цепляюсь ни за что…»
— Да, наверное. А он еще может им стать? Кажется, магистр предлагал ему вступить в орден, — я посмотрела вниз и увидела, как храмовник пожал плечами.
— Может, но, судя по всему, не захочет. Все. Отдыхай, я разбужу тебя за час до выезда. И дверь закрой изнутри, перед тем, как лечь, — Гир встал, коротко глянув мне в лицо и вышел из комнаты.
Потратив еще пару минут на то, чтобы снять с себя все, что еще не свалилось при ослаблении ремней само, я разложила свое снаряжение на полу, чтоб все было под рукой и на виду.
Больше всего хотелось помыться, но такой роскоши мне не предоставили, потому сняв с себя стеганую куртку и штаны, я забралась под колючее и тяжелое шерстяное одеяло, вдыхая едва ощутимый запах соломы, идущий от матраса.
«Надеюсь, что метель обошла их стороной…» — мелькнула в моей голове последняя мысль об оставленной за спиной маленькой армии прежде, чем я провалилась в глубокий сон.
12. Глава о тавернах, еретиках и кровных узах
Проснулась я за мгновение до того, как на мой рот опустилась сухая и жесткая ладонь.
— Тш, это я, — рука исчезла, как только я кивнула. Харакаш отошел от кровати, аккуратно переступая через разложенные на полу доспехи. — Ты не закрыла дверь, но сейчас это к лучшему. Собирайся, нам надо срочно уходить.
— Что… — договорить я не успела. С нижнего этажа раздался громкий и многоголосый мужской хохот.