— Плотный, — невозмутимо констатировал факт островитянин.

Туман и правда из невесомой сизой дымки превращался в плотную завесу, что опускалась на нас откуда-то из-под крон деревьев, скрывая все, что находилось дальше пары метров.

— Это снова чародей? — неуверенно предположила я, Гир в ответ лишь развел руками, а Харакаш просто промолчал. — Что будем делать?

— Ехать дальше. Вернее, идти. Нам нельзя останавливаться сейчас, — помедлив, озвучил Указующий и мы, спешившись и взяв коней под уздцы, пошли через белесо-сизую пелену.

— Харакаш, а на Туманных островах есть какая-то легенда, связанная с туманом? — Мой голос звучал глухо, казалось, что висящая в воздухе пелена обладала способностью к поглощению звуков.

— Да. Много, — охотно откликнулся островитянин.

— А такая, которая подходит к этому туману, есть? — я с интересом глянула через плечо, но висящая между нами муть не позволяла как следует рассмотреть выражение лица мастера меча.

— Да, есть, — после недолгого молчания последовал ответ. — Говорят, что так Туманный посылает знак. Выражает свое благословение, или, наоборот, недовольство.

— Хм, никакой конкретики, — буркнула я себе под нос, не поднимая взгляда от земли, чтобы не споткнуться об в избытке валяющиеся под ногами ветки, присыпанные тонким слоем снега. — А сейчас, как думаешь, он что хочет сказать?

Не то, чтобы я была готова поверить, что конкретно этот туман, в конкретно этом случае был непросто природной аномалией (хотя, уж если в середине июля в центре Москвы шел снег, то почему бы в Андарии не быть туману зимой?), но разговор меня успокаивал. Слишком неуютно было в этом скрадывающем звуки и обзор облаке.

Резко остановившись, я крепко сжала поводья, коротко выдохнув и прижавшись плечом к плечу Гаратэ.

Мой вопрос остался без ответа, потому как ни впереди меня, ни позади меня никого не было!

— Так, не паниковать, не паниковать… Глубокий вдох, медленный выдох. Глубокий вдох… ГИ-И-ИР! ХА-А-РА-А-КА-АШ! — завопила я во всю мощь легких. Гаратэ рядом со мной дернулся от неожиданности и тихо всхрапнул. Я прислушалась.

«Ничего. Ничего! Как так? Мы же буквально вот, друг за другом шли, куда они могли деться?!»

Я снова набрала в легкие воздух. Снова принялась звать своих спутников, но никто не откликнулся. Тогда, сконцентрировавшись, я закрыла глаза, переходя на второе зрение и, ойкнув от увиденного, прижалась боком к коню еще плотнее.

Открытие глаз картины не изменило. Я видела то самое мглисто-сумрачное мерцание, из которого были сотканы оба знакомых мне островитянина. Только если их тела были плотными, насыщенно-серого, с чернильным проблеском, цвета, то сейчас в воздухе раскинулся муаровый шелк цвета пепла, мешая видеть еще сильнее, чем сама дымка.