— Придется потерпеть немного. Я виновата в том, что он в этом состоянии и должна помочь все исправить. Если я начну терять сознание, не рубите нашу связь, но попробуйте снова заблокировать его чувства.

— Жертвенность — хорошая черта для героев легенд, — мрачно заметил сидящий по левую руку от меня Харакаш.

— Это не жертвенность, это принятие последствий. Магистр, я готова. — Я посмотрела на целителя и тот, вздохнув, протянул ко мне руку.

— На счет «три». Один, два… — мужчина бросил на меня еще один взгляд, я резко выдохнула и кивнула. — Три.

Выдохнуть было хорошей идеей. Мне было нечем кричать. Ощущение, что внутри меня что-то взорвалось. Боль, концентрируясь в боку, расползлась по животу и вверх по руке, к шее. В глазах потемнело.

«Если я сейчас сдамся, то он умрет. Если он умрет, Гир мне этого не простит, и я потеряю Фиральскую комтурию. Я не могу позволить этому случиться!»

Я пытаюсь вдохнуть и чувствую, что попросту не могу этого сделать.

Вскидываю руки, складываю их крестом и показываю на себя, чувствуя, как на глазах выступают слезы от боли. Магистр, слава всем богам, понимает меня правильно.

Спустя пару жестов чужая боль отступает и я судорожно вздыхаю.

— Что-то мешает ему вдохнуть, я не знаю, не могу понять… — Я, закусив губу, смотрю на едва дышащего храмовника, лежащего на каменном полу.

— Держать его в таком состоянии — высшая жестокость. Ему нужно подарить быструю и безболезненную смерть, — Гир за моей спиной снимает с пояса нож, взвешивая его на ладони и сурово смотрит на меня. В его глазах я вижу холодную решимость. Время словно замедляется. Я лихорадочно перебираю в голове все возможные варианты, какие только могу придумать, чтобы найти причину медленной смерти Эмила и остановить его соратника, упершись взглядом туда, где красуется багровый рубец сращенной магистром кожи.

Озарение пробивает меня, словно ударом молнии.

— Стойте! Я… я знаю, как ему помочь.

Гир прищуривается, его губы кривятся и лицо становится настолько жутким, что мне стоит большого труда не отвести взгляд.

«Только найти бы слова, чтобы объяснить это, только бы суметь!»

— Ты продлеваешь его страдания, — голос храмовника отдается жутким эхом, но я, игнорируя его, поворачиваюсь к магистру.

— Внутри его… дыхательного мешка воздух¹, — я взмахнула руками, останавливая начавшего что-то говорить целителя. — Не тот воздух, который он вдохнул, а тот, что попал в него через рану. Он мешает и не дает ему вдохнуть так, как правильно. Прошу вас, я знаю, что это звучит странно, но… нужно сделать небольшое отверстие и вывести воздух из дыхательного мешка, а потом снова зарастить его, сразу? Вы сможете?…