— Я говорю про расчётливую суку, которая сперва собрала сливки, когда тебя окольцевала, а сейчас хочет отжать часть бизнеса.

— Она ничего не собирается отжимать, на раздел имущества мы подали, а акции — твой подарок на свадьбу. — Отец никогда не относился к Ядвиге с теплом, но слушать, как её оскорбляет, не собираюсь.

— Как был безвольным телком, так им и остался, — брезгливо приподнимает губу. — Скажи ещё, что она святая. У тебя не хватило мозгов ни на то, чтобы походы налево скрыть, ни на то, чтобы жену в узде держать. И сына таким же вырастишь.

Думал, он кричать будет, но от презрительного тона коробит. На этого человека я всю жизнь равнялся, ждал, что когда-нибудь заслужу любовь, но он вообще на неё не способен.

— Каким вырастет Яшка, решать ему, но точно он никогда не станет похож на тебя, — поднимаюсь. Главное сказал, задерживаться не вижу смысла.

— Это будет решать мужик, которого она тебе на замену приведёт. Будет папой другого называть, а ты и дальше сопли на кулак наматывай.

Даже отвечать не хочу, просто ухожу. Адвокату с утра позвонил, сказал, чтобы отозвал иск. Да, может, Ядвига выйдет замуж за Егора, но из жизни сына не исчезну. Надо с риелтором встретиться: мы с Ядвигой решили, что продажей квартиры займусь я, ей и без этого забот сейчас достаточно. День проходит на суете, вечер — под болтовню Фила, который нашёл себе очередную девушку и восторгался её фигурой. Когда уже поймёт, что в женщине не внешность важна, а характер?

Не знаю, что накрывает, но перед сном долго листаю галерею, смотрю на наши с Ядвигой фотки. Такая тоска на сердце, выть хочется. Только приняв решение отпустить понял — это не игра, никогда ею не была, а я понял слишком поздно. Был ли у меня шанс всё вернуть? Поначалу, наверное, был. Но каждое моё действие рождало её противодействие в ответ. Назад ничего не открутить, с этим жить дальше.

Она звонит утром, от неожиданности даже не сразу принимаю вызов, просто смотрю на аватарку на телефоне.

— Доброе утро, — отвечаю, невольно улыбаясь. Но улыбка сползает с лица после её слов.

— Яшка пропал. Я вчера маме обо всём рассказала, а он, наверное, услышал и сбежал из дома.

Ледяной озноб проходит по телу. Подскакиваю с кровати с коротким:

— Выезжаю.

До посёлка, где живут тесть с тёщей, почти два часа, во время которых не могу думать ни о чём, кроме сына. Диме дал указания связаться с поисковым отрядом волонтёров, о плохом не думаю, всё будет хорошо. Мальчишка у нас смышлёный, с дедом по лесам ходил, на местности ориентируется, но, блядь, ему семь лет всего! Надо держать себя в руках, если Ядвига увидит, что я в панике… Едва успеваю выйти из машины, когда она бросается навстречу и врезается в меня. С силой стискивает, дрожит и не рыдает даже — воет.