— Да, Вильгодт Федорович Однер! Золотые руки у мужика и светлейшая голова! Он кроме арифмометра придумал печатную машинку, прибор управления артогнем, спидометр, курвиметр… Да и просто часы — от наручных до настенных.

— Пусть уже сейчас начинает конструировать коллиматорный прицел для штурмовиков и истребителей, а также бомбовый прицел! Второе как бы не более важное!

— Ну и размах у вас, Афанасий Иванович! — с восхищением в голосе произнес Рукавишников.

— А вы что хотели, Александр Михайлович? Заниматься — значит всерьез! Иначе и не стоит начинать! Если не хотим ограничиться единичными кустарными поделками, чтобы на выставках красоваться. Я же вас знаю, вам через несколько лет полковыми комплектами технику подавай?

— Угадали, Афанасий Иванович! — Его сиятельство рассмеялся. — Даешь воздушную армию с десятками Ту-160!!! Надо с самого начала все организовать по-взрослому, чтобы возможность масштабировать вверх была заложена изначально! Да, и обязательно опытно-научную лабораторию с аэродинамической трубой организовать надо! И руководить ею Жуковского поставить!

— Но мы самое главное чуть не забыли! — неожиданно для себя воодушевляясь, продолжил я. — Изобретать какие-то абстрактные самолеты — это как водка без пива, деньги на ветер!!! Надо сразу, так сказать, на берегу, решить — что будем строить в первую очередь! И, понятно, что не Ту-160, как бы ни хотелось — иначе надорвемся! В первую очередь, я думаю надо спроектировать две модели: учебную и грузопассажирскую.

— Это можно совместить! — мотнул головой Рукавишников. — Помню, что тот самый замечательный По-2 делали не только в качестве учебного, но и грузопассажирского, хоть и не массово — вместо двух открытых кабин строили небольшой четырехместный закрытый салон, по размеру примерно как у Цессны-172. Блин, и чего это я туплю? Вероятно, от усталости! Надо именно копию «Сто семьдесят второй Цессны» и строить! Модель-то очень удачная и простая — недаром ее больше полувека десятками тысяч штамповали! Думаю, что такой легкий самолетик даже нынешний пятицилиндровый движок потянет! А потом будем наращивать мощность и, соответственно, увеличивать размеры и грузоподъемность самолетов. По экспоненте… Впрочем, это надо рассчитать — посажу Воробья за калькулятор!

— А вот, кстати, ваш замечательный секретарь Николай Воробьев, он же, насколько мне помнится, снайпер-дальнобойщик экстра-класса… — вдруг вспомнил я. — Мне при проектировании нового оборудования периодически требуются сложные расчеты. А этот юноша — настоящий живой компьютер, делает всё очень быстро и качественно! Давайте так, Александр Михайлович: я учу авиаделу вашего парня, а вы мне Воробьева в аренду сдаёте? Как?