пытаясь натянуть бахилы, он вымазал руки грязью, с промокшей бороды натекло на футболку. В общем, к тому моменту, как он добрался до девушки, сидящей за стойкой, настроение у него было вполне боевое. – А кем Вы приходитесь больной? – осведомилась у него девушка, высокомерно глядя на Грушина сквозь модные очки в пластиковой оправе. – Извините, но посторонним мы справок о состоянии здоровья больных не даем. – Ок. А с зав отделением я могу встретиться? – нашелся Миша. – По какому вопросу? – неприветливо спросила девушка. – А вот по какому! – Миша извлек из внутреннего карман крутки удостоверение члена союза журналистов. – Репортаж про Вашу клинику хочу сделать. Какие вы тут все вежливые и доброжелательные… Так или иначе, после долгих препирательств, звонков по внутреннему телефону и убедительного Мишиного красноречия, девушка, наконец, допустила его в святая святых. Врач принял его в своем кабинете. Миша, покосившись на бейдж, постарался запомнить его имя – Сергей Антонович. – Слушайте, я вижу, вы человек серьезный, занятой. Я вам пургу гнать не буду, сразу скажу – я от Сани Тагильцева, – начал он. – Мне, собственно, ничего не надо, он только просил меня узнать, как состояние больной и передать вам, что… если есть какие-то сложности… короче, он согласен платить еще. – Сложности… – врач в задумчивости подергал себя за мочку уха. – А где, собственно говоря, он сам сейчас находится, Тагильцев? – Он… как бы это объяснить… – замялся Миша. – Ну, скажем, в длительной командировке. А что такое? – Сложности, милый вы мой, заключаются в том, что пациентка Асеева фактически уже мертва, мы поддерживаем работу ее организма искусственно. Александр Владимирович должен понимать, что, настаивая на продолжении наших манипуляций, он лишает возможности других больных, с куда более положительными прогнозами, получить своевременную помощь. В эту минуту внутренний телефон на столе у врача запищал. Сергей Антонович снял трубку, нахмурился и, бросив Михаилу: – Одну минуту! – почти выбежал из кабинета. Грушин, помедлив немного, выскользнул из кабинета вслед за ним и поспешил за врачом по коридору. Черт знает, почему, но ему показалось, что этот звонок имел отношение к Елене. Сергей Антонович взбежал по лестнице, заспешил по коридору и свернул – да, именно в ту палату, где Грушин уже был однажды, в ту, где лежала Елена. И Миша, нимало не сомневаясь, ринулся за ним. В царившей в помещении суете никто не обратил внимания на застывшего в дверях Грушина. Один из хитроумных медицинский приборов