Толпа взревела. Но это был уже не рёв фанатиков. Это был рёв обманутых, униженных людей. Гнев, до этого направленный на мифического «демона» Мора, теперь нашёл свою истинную цель. Десятки рук потянулись к помосту, где всё ещё лежал Пастырь.
— Предатель! — кричала женщина, ещё недавно готовая отдать за него жизнь.
— Он использовал нас! — вторил ей старик, сжимая кулаки.
Культ Пастыря распадался на глазах, превращаясь в разъярённую толпу, готовую разорвать своего вчерашнего идола на куски.
На балконе одного из зданий, где расположились Воронцовы, началась суматоха. Я видел, как глава рода, его лицо было белым от ужаса, пытался бежать. Но было поздно. Его охрана, маги второй и третьей ступени, видя мою силу и ярость толпы, колебалась. Их преданность имела свою цену, и они не были готовы умирать за проигравшего.
В этот момент городская стража, до сих пор лишь оцеплявшая площадь, начала действовать. Солдаты в тяжёлой броне, не обращая внимания на толпу, двинулись прямо к помосту. Они взяли под руки обмякшего, обезумевшего от ужаса Пастыря и его ближайших сподвижников. Другой отряд направился к зданию, где находились Воронцовы. Княгиня Савельева действовала быстро и эффективно.
Я стоял в центре всего этого хаоса, но меня он не касался. Я был его эпицентром, его причиной, но оставался над ним. Аристократы, наблюдавшие за происходящим из своих лож, молчали. Смирновы, Морозовы — все они видели не просто победу над очередным врагом. Они видели демонстрацию силы. Силы, с которой отныне придётся считаться. Я не был больше простолюдином, выскочкой. Я был Мором. Силой, способной изменить ход истории в этом городе.
Моя репутация теперь была сложной, сотканной из противоречий. Герой, спасший город от безумного культа. И чудовище, способное проникнуть в разум, сломать волю, показать самые тёмные уголки души. Они боялись меня. И уважали. А для меня этого было достаточно.
Пастырь был повержен. Его падение было громким и поучительным. Но я знал, что это лишь конец одной главы. Воронцовы были лишь пешками. За ними стоял Гордеев. А за Гордеевым, возможно, кто-то ещё.
Но это будет уже другая битва. А сегодня… сегодня Змееград узнал, кто его настоящий хозяин.
Глава 29
Воздух, густой от озона и ментального пепла, дрожал над центральной площадью Змееграда. Хаос, ещё мгновение назад бывший упорядоченным, гипнотическим ритуалом, теперь превратился в бурлящий котёл человеческих эмоций.
Пастырь был сломлен. Но кукловоды остались в тени. Воронцовы. Они не паниковали, как остальные. Они пытались уйти. Тихо, незаметно, словно крысы, бегущие с тонущего корабля.