— Итак, — произнёс один из них, шагнув вперёд. — Кто из вас первой сделает мне…
Бах!
Звук выстрела разрезал звенящую тишину, повисшую, когда банда ворвалась в публичный дом. Главарь вскрикнул, выронил биту и, схватившись за простреленное бедро, упал на пол.
На лестнице, ведущей на второй этаж, стояла темноволосая Юи, держа в руках пистолет. А рядом с ней подруга, которая навела своё оружие на ошарашенных бандитов-неудачников.
— Это первый предупредительный, — зло процедила Юи, прицелившись в голову ближайшему из ублюдков. — Дальше я церемониться не буду.
— Да ты что творишь, мразь⁈ — воскликнул один из них, при этом прячась за спины своих товарищей. — Мы же всех здесь порвём!
— Уверен? — ледяным тоном переспросила девушка. — А мне вот кажется, что мы успеем положить как минимум пятерых, а оставшуюся парочку заставим ублажать друг друга. Знаешь же, как это делается, да, выродок?
— Да пошла ты…
— Сперва вы, — она кивнула на корчившегося на полу главнюка. — Так что забирайте свою шлюшку и валите отсюда к чёртовой матери. И ещё, передайте боссу, что вы снова облажались. Однако Мор этого так просто не оставит. Вы объявили нам войну, но даже не подумали, сможете её выиграть…
Глава 15
Холм… выщербленный клык в беззубой пасти этого мёртвого мира. Трава, колючая словно проволока, не поддавалась ветру, ибо ветра здесь не водилось — лишь гнетущая тишина и смрад тления. Небо, как гнойная рана, кровоточило алым светом, от которого воспалялись глаза. А костры… жалкие попытки разогнать мрак, лишь подчёркивали его всесилие, вырисовывая на жухлой траве карикатурные пляски теней. Они корчились, ухмылялись, шептали неразборчивые угрозы на языке, что, казалось, был старше самого времени. За пределами их мерцающего круга властвовала абсолютная тьма, готовая поглотить всё живое, и не очень, с тем же безразличием, с каким могила принимает очередной труп.
И в центре всего этого — крест. Грубо сколоченный, кривой, как ухмылка палача. На нём — не тело, а карикатура на него. Истерзанная плоть, пропитанная потом и кровью, перетянутая цепями, исколотая шипами. Лицо… даже сложно было узнать, что когда-то это был человек. Вернее, князь. Тарников. Хотя, какой он, к чёрту, князь… скорее, жалкий, сломленный червь.
— Чтоб тебя… — прошептал я, подходя ближе.
С каждым шагом становилось тяжелее дышать, словно кто-то невидимый выкачивал воздух из лёгких. И дело было не только в зловонии, что источало распятое тело. Здесь была какая-то другая сила, гнетущая и давящая на сознание.
И всё же, это был не Тарников. Я чувствовал… фальшь. Игра. Маска, натянутая на что-то гораздо более зловещее.