— Какой же ты дурак, — прошептал Корвес.

Его глаза налились кровью. Фамилия Валленхоф не должна была прозвучать! Это пустило насмарку всю кропотливую работу!

Он наклонился, поднял марку и медленно убрал её в карман.

Вниз уже двинулся Зикариус Кринст, и Велиан почувствовал, как под рёбрами шевельнулось давно забытое ощущение, которое в простонародье называли тревогой.

Корвес резко поднялся со своего места.

— Уважаемый, — глава Арены, не поворачивая головы, слегка приподнял подбородок, — вы куда? Самое интересное только начинается.

— Именно поэтому, — Велиан позволил себе мимолетную вежливую улыбку, — мне лучше уйти. Я не выношу зрелищ, где исход уже предрешен.

Он шагнул за тяжёлую бархатную портьеру, и шум трибун за его спиной тут же приглушился.

В узком служебном коридоре было пусто. Велиан прислонился спиной к холодному камню и прикрыл глаза.

— Опять, — прошептал он.

Мальчишка Моррис должен был умереть ещё несколько месяцев назад, потом ещё дважды. Но… Каждый раз что-то шло не по плану! Словно кто-то аккуратно вставлял палки в колёса его идеального механизма именно в тот момент, когда тот уже набирал ход.

Корвес открыл глаза.

— Ему кто-то помогает, — тихо произнёс он. — Очень любопытно, кто именно.

Он поправил сюртук, выдохнул и зашагал к боковому выходу, где его ждала неприметная карета.

До окончания срока, назначенного Драхом, оставалось всё меньше дней.

* * *

У дверей операционной Нисса и Орт бросили на меня взволнованные взгляды и занесли носилки со зверем внутрь. Дальген на миг замешкался на пороге, открыл рот, собираясь что-то сказать, но Зикариус едва заметно качнул головой, и рыжеволосый парень молча скрылся за дверью.

— Не задерживаемся, — произнёс Кринст и зашагал дальше.

Я молча последовал за ним. Вскоре мы оказались перед комнатой отдыха, и Зикариус остановился.

— Проходите, — произнёс он, толкая створку.

Я переступил порог, добрался до лавки и рухнул на неё, прислонившись затылком к стене. Колени слегка тряслись от пережитого напряжения, и я крепко прижал к ним ладони, чтобы хоть как-то унять эту дрожь.

Кринст заложил руки за спину, подошёл к столу и провёл пальцем по краю столешницы, будто проверяя, нет ли пыли.

— Эйден, — начал Зикариус. — Скоро вас вызовут на беседу. Переоденьтесь, приведите себя в порядок и… Успокойтесь.

— Постараюсь, — выдавил я. — А что будет с турниром? Впереди ещё десять боёв. Брон и ребята справятся без меня?

Кринст несколько секунд молча всматривался в моё лицо.

— Эйден, — произнёс он мягче обычного. — Не переживайте на этот счёт. Турнир не останется без целителей, я обо всем позабочусь.