Кто-то в толпе кашлянул и шаркнул сапогом по мостовой. Судя по всему, расходиться никто не собирался.

— Господин Моррис, — произнёс Имерт. — Прошу.

Я кивнул и отпёр дверь.

Стоило створке приоткрыться, как до меня донесся стук когтей по деревянному полу. В следующую секунду из кухни вылетела золотистая молния. Не успев затормозить, зайцелоп со всего размаху врезался лбом в мою голень и издал обиженное «пиу!».

— Привет, ушастый, — прошептал я, едва удержавшись на ногах.

Следом за Люмином бесшумно появился Крох. Он подошёл, прижался боком к моему сапогу и поднял морду, словно спрашивая, всё ли в порядке?

Через нить прилетел образ: я стою посреди тёмной комнаты, а ко мне тянется множество серых нитей.

— Всё хорошо, мохнатый, — тихо сказал я, опускаясь на одно колено.

Снял ранец, поставил его на пол у стены и погладил пушистые головы.

Люмин тут же ткнулся носом в мой воротник и обиженно фыркнул, мол, я, между прочим, переживал. Крох моргнул, присел и перевел настороженный взгляд за мою спину.

— У нас гости, — сказал я обоим. — Ведите себя прилично, ладно?

Крох чуть склонил голову, мол, я-то всегда прилично себя веду, ты лучше за этим золотым недоразумением приглядывай. Люмин сделал вид, что ничего не понял, и принялся чесать задней лапой за ухом.

Имерт тем временем переступил порог и окинул коридор оценивающим взглядом. Его серые глаза скользнули по новой скамье у стены, дверным проёмам и доске с ценами.

— Прошу, проходите, — обронил я.

Дознаватель чуть приподнял подбородок и шагнул в сторону главного зала.

Следом за ним один за другим потянулись трое имперцев. Зикариус ненадолго задержался в дверях, пропуская вперед магистра Вейда.

— Хм, — Корнелиус осторожно переступил через порог. — А у вас тут уютно, целитель.

— Стараюсь, — отозвался я, поднимаясь.

Теодор Крейн молча кивнул мне, слегка улыбнувшись, и тут же повёл носом, будто принюхиваясь. Его цепкие глаза задержались на запертой двери склада, после чего он отступил и замер у стены.

Люмин, оценив масштаб нашествия, аккуратно спрятался за мою ногу и притаился. Крох же не сдвинулся с места.

Зикариус застыл чуть в стороне от двери, а оставшиеся трое имперцев слаженно рассредоточились по коридору.

Внезапно со стороны кухни послышались шаги.

— Эйден, ты что ль? — раздался голос дяди. — Чего так рано припёрся? Я только к вечеру тебя ждал.

В кухонном проёме появился Ларк. Он был в распахнутой рубахе, с полотенцем, перекинутым через плечо. Дядя успел сделать два шага вперёд, прежде чем заметил тёмные мундиры. В ту же секунду его расслабленная осанка исчезла.