— Это же Моррис, — вполголоса сказал какой-то мужчина с мешком на плече.

— Какой ещё Моррис? — отозвался его приятель, тащивший огромный тюк.

— Целитель, какой ещё! Сын Лиама, не помнишь что ли?..

— А чего это вокруг него имперцы крутятся? — он почесал щёку.

— Да я-то откуда знаю?

— Так спроси!

— Сам спроси, раз такой смелый!

Стоило нам свернуть в сторону, как до моих ушей вновь донёсся удивлённый голос.

— Эй, целитель!

Я повернул голову. Из-за угла коптильни выглядывал тощий мужичок в холщовой рубахе.

— Доброго дня, — машинально отозвался я.

— Так это… а почему с тобой… эти? — он мотнул подбородком в сторону мужчин в мундирах.

Один из имперцев повернулся к нему и спокойно обронил:

— Проводится служебная проверка. Прошу не мешать работе Имперской службы.

Мужичок моргнул, отступил на полшага назад и округлил глаза, как Люмин перед миской с морковкой.

Мы прошли ещё десяток шагов, и я вновь услышал за спиной шёпот:

— … Морриса ведут…

— Да ну, брешешь!

— Да чтоб мне с лестницы навернуться, своими глазами вижу!

Зикариус скосил на меня глаза.

— Похоже, у вас в районе много друзей, Эйден, — тихо заметил он.

— И сам, честно говоря, удивлён, — пробормотал я.

Краем глаза заметил, как от стены отделился худой подросток лет двенадцати и, не сводя с нас взгляда, юркнул в переулок. Буквально через пару секунд оттуда показались уже двое: мужчина в фартуке поверх рубахи и старик с трубкой в зубах. Оба пристроились шагах в пяти позади замыкающего имперца.

Вскоре к ним присоединилась торговка с пустым лотком. За ней пристроились двое грузчиков, бросивших мешки на землю. Кто-то крикнул им вслед: «А мешки!», — но парни лишь отмахнулись.

Через несколько минут я насчитал уже десятка полтора человек.

— Целителя ведут… — донеслось сзади.

— Какого целителя?

— Нашего, какого ещё!

— Эйдена, что ли⁈

Люди, которые ещё пару месяцев назад переходили на другую сторону улицы при виде «убийцы зверей», теперь двигались за Имперской службой. Они толком не понимали, что происходило, но, видимо, услышав летящие с Арены слухи об «убийце зверей», твердо решили: своего в обиду не дадут.

В горле почему-то запершило. Мне и в голову не приходило, что эти люди так близко к сердцу примут мою беду…

Наконец, впереди показалась моя лавка, рядом с которой уже ждали четыре человека. Двое в тёмных мундирах Имперской службы расположились чуть поодаль, спиной к двери.

А вот двое других показались мне знакомыми… Один из них, мужчина лет тридцати пяти с аккуратной бородкой, смотрел на нас цепким, слегка прищуренным взглядом. Подойдя поближе, я узнал в нём Теодора Крейна — представителя гильдии травников и алхимиков.