Рогнеда поднимает глаза.
— Мил, ты серьёзно?
— А то! — понимаю, что бабкина огненная вода всё-таки ударила в голову. — Но мне нужна Светка. Сейчас я ей позвоню — и поедем.
Рогнеда хлопает глазами. Она выглядит немного более расслабленной. Её сгорбленная спина выпрямляется, напряжённые плечи опускаются.
— Куда поедем?
— Ну как куда? Ну ёлки-палки, — я развожу руки в стороны и чуть не падаю со стула, — развеяться и исполнить последнюю волю умершего бывшего! Валерика, ииик, нашего. Предать, понимаешь, прах воде.
— А без Светки нельзя? — тихо спрашивает Рогнеда, косясь на чемодан, — мне как-то перед ней неудобно…
— Нельзя! — отрезаю я. — Она была свидетельницей на нашей свадьбе. Не переживай, свой человек. Моя лучшая подруга. Я не могу лишить её такого удовольствия.
Рогнеда вздыхает, берёт стакан с самогонкой, набирается смелости, опрокидывает, морщится, занюхивает солёным огурцом, потом закусывает.
— Тогда скажи, пусть возьмёт фонарики, — бормочет она с полным ртом.
— Какие фонарики? — я моргает, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Китайские… — она показывает руками объёмный шарик.
— А-а-а, — киваю я. — Хорошо. Но зажигать и запускать будешь сама.
Рогнеда беспрекословно соглашается.
— А куда поедем, ну предавать воде?
— Как куда? К Оке!
— Каке? Какая кака?
— Ну, на Оку.
— На Оку?… А-а-а, на Оку!
Я лезу в карман за телефоном, чтобы звонить Светке.
***
Через некоторое время приезжает Светка.
Я ещё раз в двух словах объясняю ситуацию про прах, про Оку, представляю их с Рогнедой друг другу.
Светка молчит, смотрит на мою теперь бывшую соперницу, которая увела бывшего мужа.
Чувствую, что Светка готова врезать. И морально, и физически.
Потасовка в мои планы не входит, хотя, если верить народным приметам, свадьба или похороны без драки — деньги на ветер.
— Свет, всё нормально, — успокаиваю подругу, — не то чтобы я её совсем простила, но у нас нейтралитет и совместный бизнес.
Светка поднимает бровь.
— Скажи ещё, что вы вместе живёте.
Встаю, покачиваясь, поднимаю указательный палец вверх:
— Точно! Забыла? И живём вместе! Но сейчас это не важно! Исполним же, сёстры, предназначенное нам. Поедем же к… к Оке.
У Светы поднимается вторая бровь. Рогнеда поясняет:
— Всё нормально, Светочка, имеется в виду «на Оку».
— Я тебе не Светочка!
— Так, брейк! Валерик ждёт! Постыдитесь!
И показываю на чемодан с урной.
Мои спутницы расступаются.
— Макаровна, вы поедете?
— Нет уж, на хрен, на хрен! Спаси и сохрани! — кричит та из кухни. Она ни разу так и не появилась, видимо, боится урны с Валериком.
Добираемся на такси.
Машина останавливается у какой-то пристани на окраине посёлка, высаживает нас и уезжает.