Ещё каких-то семь месяцев назад я и вовсе не считала это проблемой. Жила себе спокойно в своём Кроувере, ни кем не заинтересованная, ни в кого не… влюблённая. А теперь…

Всё стало слишком сложно.

Долг. Магия. Чувства…

Понимала, что это глупо — надеяться вот так взять и отыскать на истрепавшихся временем страницах чудо-панацею от древнего женского недуга. Ведь наверняка же и до меня были чаровницы, которым было мало одних лишь чар или только любви. Если у них ничего не вышло, то с чего вдруг мне должно повезти?

И тем не менее я, словно загипнотизированная на успех, продолжала поиски.

Но чудо-панацеи не было.

Каждый раз, появляясь во дворце, я надеялась, что меня к себе пригласит её величество. Я бы объяснилась, рассказала о подлом нападении. Разумеется, не на себя, а на брата. Чтобы как-то оправдать его, чтобы…

Снова попытаться всё исправить.

Но, если верить слухам, Найферия вместе с дочерьми покинула столицу ещё в середине зимы, и вот уже зима на исходе, а правительница с принцессами так и не возвратилась в лоно империи. Из-за того, что вопрос с женитьбой оставался открытым, Рифер безвылазно сидел в академии. Вслух, конечно, не признавался, что боится гнева её величества. Заявлял и мне, и друзьям, что больше не желает спускать на гульки время, а намерен проводить его с пользой — учиться, учиться и ещё раз учиться.

Похвальное рвение…

Нам с Тессой и Эшваром это было на руку. Куда спокойнее знать, что он не шляется непонятно где, а находится за надёжными стенами Кальдерока.

Вот только это была лишь отсрочка. Рано или поздно в вопросе с Кайяной придётся поставить точку, и хорошо бы, чтобы она не стала последней в жизненных летописях Рифера Ноэро.

— Шиари Ноэро. — В комнату, постучавшись, заглянула служанка. Я вскинула взгляд, оторвавшись от страницы очередной мудрёной книги, и девушка проговорила: — Вас желает видеть его величество.

Книга тут же была закрыта, вместе с конспектами. Поднявшись с кресла, я мельком глянула на себя в зеркало и последовала за служанкой.

Возможно, сегодня наконец узнаю, как именно смогу послужить своему императору во вражеском государстве.

* * *

Мне уже доводилось бывать в роскошном кабинете правителя, ужинать с ним в нарядной зале для трапез, но в этой комнате, сплошь завешанной портретами Регенштейнов и их предшественников, Лимбургов, я никогда не бывала. Просторная и вместе с тем немного мрачная, она вызывала желание бросать по сторонам взгляды. На затканные тёмно-синим шёлком стены с проблесками золотых узоров, на картинные рамы им в тон и тяжёлые парчовые шторы. Повсюду горели свечи в канделябрах, делая золото на стенах ещё ярче, привлекая внимание к тем самым картинным рамам.