— Ещё же нет и семи! — недоумённо воскликнул брат.

— И что? — дёрнула в ответ плечами. — Я весь день занималась и хочу отдохнуть. В тишине, покое. Одиночестве.

Парни переглянулись.

— Может, тогда прошвырнёмся по городу? — предложил брат, которого пребывание в опустевшем замке явно угнетало.

Бриан неуверенно кивнул, а я с улыбкой подбодрила:

— Идите. Смысл вам сидеть в четырёх стенах? Тем более что я в это время буду спать.

Ага, ага.

— Ну если ты настаиваешь. — Брат заулыбался и толкнул в бок приятеля. — Пойдём развеемся. Уже тошно торчать здесь.

— Дай мне пять минут, — легко сдался Бриан и отправился к себе собираться.

Я тоже отправилась к себе и тоже собираться, а не спать, как пообещала.

Возле комнаты замедлила шаг, заметив под дверью какой-то свёрток. Заинтригованная, опустилась на корточки, развернула шуршащую бумагу. Платье и кулон в виде звезды на тонкой золотой цепочке. В сердцевине украшения мерцал, переливаясь, лунный камень. Артефакт? Наверняка. От украшения буквально веяло чарами. К подарку прилагалась записка, а в ней совет… перевоплотиться в шейлу Милнз и выходить за ворота.

Кулон тебе в этом поможет , — гласила последняя строчка, написанная размашистым, уверенным почерком.

Хмыкнув, подхватила свёрток и юркнула в комнату. Интересно, где он за полдня сумел достать усилитель? Или хранил про запас? Ну да, на случай, если придётся похищать из военной академии какую-нибудь слабовольную шиари вроде Лайры Ноэро.

Я знала, что в бою солдаты-чаровики частенько прибегали к помощи усилителей. Вот только представить Эскорна с кулоном-звёздочкой на груди… Хоть убейте, не представлялось.

Впрочем, какая разница, где и когда он им обзавёлся! Я решилась сбежать из Кальдерока? Решилась. А значит, переодеваемся и сбегаем.

На то, чтобы переодеться, ушло минут пять. Ещё столько же крутилась возле зеркала, пытаясь уложить волосы: мне совершенно не нравилась моя причёска. И лицо казалось чересчур бледным, и глаза какими-то тусклыми.

В итоге плюнула на себя неидеальную и, украсив кулоном тёмно-зелёный бархат корсажа, стала концентрироваться на образе кухарки. Я видела шейлу Милнз нечасто, но хорошо помнила черты её лица, добрые карие глаза, ласковую улыбку на тонких губах.

Улыбнувшись своему отражению, зашевелила пальцами, оплетая себя кружевом чар: меняя черты лица, фигуру и даже рост, из высокой стройной девушки превращаясь в невысокую румяную пампушку. С артефактом это оказалось проще, чем привести в порядок волосы.

Ещё раз придирчиво себя оглядела. Шейла Милнз — стопроцентно.

Главное, когда буду уходить, не столкнуться с настоящей кухаркой.