Ещё одна тень, в длиннополом плаще, приблизилась к Адальгеру. Носком туфли пренебрежительно пнула тушу притихшего льва и, удостоверившись, что тот уже никому не причинит вреда, сунула пистолеты в кобуру. Сбросила плащ, чтобы накрыть им меняющегося и всё ещё бессознательного генерала.

— Вижу, интересная у тебя получилась свадьба, Лайра. — Белозубая улыбка Эйо, казалось, осветила этот мрачный, обагрённый кровью убитых зал. — Запоминающаяся.

— Эйо?

Я всё ещё не могла поверить своим глазам. Может, она просто очередной мираж.

— Извини за опоздание. Но, как говорится, лучше ведь поздно, чем вообще никогда. — Креорка подарила мне ещё одну улыбку.

Пламя в масляных плошках разгоралось, и я увидела приблизившегося Бриана. Позади него маячили Нейл с Ронаном. И, хвала духам, Рифер! Парень поддерживал раненого, но главное, живого Лоунарда.

— Отец… — чуть слышно пробормотал мой друг, не сводя взгляда с убитого императора.

Эйо обернулась на его голос.

— А вот и наследник. Извини за это, парень, — кивнула на умершего правителя. — Но так будет лучше. Всем! — и весело хмыкнула.

Бриан ничего не ответил, просто продолжал стоять и смотреть на льва, и я представить себе не могла, какие чувства сейчас его одолевают. Сидела, вцепившись в руку Вейнанда, и просто благодарила духов, что ощущаю под пальцами его пульс.

— Будет лучше? Лучше⁈ — Верховный жрец отделился от группы храмовников, сгрудившихся возле алтаря. — Вы думаете, вам всё сойдёт с рук⁈ Уже сегодня народ Эргандара узнает, что его величество, избранника высших духов, жестоко убили! Ваша жизнь кончена! Вы все…

— А может, я сейчас жестоко убью тебя? — ринулась к нему креорка, плавным, незаметным движением извлекая нож из-за пояса.

Служитель было отшатнулся, но тут же расправил плечи, вытянулся, явно решив оставаться верным своему императору до последнего вздоха.

— Убийцы! Душегубы! — продолжал разоряться.

Эйо упёрлась ему в грудь кинжалом, её люди, которых оказалась целая банда, обступили храмовников, готовые разделаться с ними так же безжалостно, как разделались с чаровиками императора. В отличие от верховного, другие явно не рвались повторить судьбу правителя Эргандара, но послушно молчали. Испуганно друг к другу жались и ждали, что будет дальше.

— Бриан… — прошептала я, заметив, как друг опустился на колени перед отцом. Нерешительно, словно сомневаясь, надо ли, протянул к нему руку, коснулся.

— Делайте, что должны! — послышался голос жреца, уже окончательно решившего попрощаться с жизнью. — Правду всё равно так или иначе узнают!

Жрец меня в тот момент не особо заботил, а вот Бриан… Потянулась к нему, не зная, то ли начать утешать, то ли ничего не говорить, просто молчать. Что вообще можно сейчас сказать? Потянулась и тут же в страхе подалась назад, когда яркий, пронзительный свет, в один миг охвативший мёртвого льва, перекинулся на моего друга. Облёк его, словно в золотые доспехи, подхватил, поднял на ноги, становясь всё ярче.