— Что это они такое делают? SM больше не нужны новые мемберы?[2]
— Говорят, что они хотят начать мировые прослушивания. В каждой стране мира они будут проводить конкурсы, чтобы найти себе новых айдолов.
— SM больше не будут создавать корейские группы? Это правда?
— Дело не в этом! SM закончили прошлый год с убытками в девять миллионов долларов, а в позапрошлый год прибыли вообще не было. Они просто не хотят тратиться на обучение новых трейни. На сайте агентства написано, что они разрабатывают новые концепции для своих мемберов.
Внезапно, как это иногда бывает, гомонящая толпа на мгновение смолкает и на секунду устанавливается тишина. И вот в этой внезапной тишине неожиданно громко раздаётся голос ЮнМи, которая закончив читать объявление, перешла к изучению приклеенного рядом с ним списка — кого вообще принимают в агентство.
— Когда в публичном доме падает выручка, — комментирует она последнюю реплику, ни к кому конкретно не обращаясь, так, словно размышляя вслух, — то там меняют девочек, а не кровати переставляют…
В округе секунды на три наступает озадаченная тишина. Все с удивлением смотрят на Юну. Та же, как ни в чём не бывало, продолжает изучать заинтересовавший её список.
— Что ты сказала? — с возмущением обращается к ней парень, который только что рассказывал про безрадостную финансовую картину агентства.
Юна не отзывается. Парень несильно толкает её в плечо, привлекая внимание.
— Эй!
— Чего? — неласково оборачивается к нему Юна, нахмурив лоб.
— Ты что сказала?
— Что я сказала?
— Ты сравнила SM Entertainment с публичным домом⁈
Юна на пару секунд задумывается.
— Я что, что-то сказала? — удивляется она.
— Да! И тебе нужно извиниться, если не хочешь неприятностей.
— Я никого ни с кем не сравнивала. Это просто шутка такая, которая говорит, что возникшую проблему нужно решать радикальным способом, а не полумерами. Если мемберы агентства два года приносят ему убытки, где гарантия того, что это не случится и в этом году? На месте SM я бы их всех разогнала. Ну, или половину и набрала бы новых!
После высказывания ЮнМи толпа разом выдыхает и начинает говорить вся целиком. Разговоры сливаются в гул, в котором слышны отдельные выкрики, вроде: «Разогнать Girls Generation⁈», «Она что, ненормальная⁈» «Вот, дура!» «Она антифанатка?»
Постепенно, гул толпы из первоначально удивлённого, становится всё более недовольным.
— Ты кто такая? — строго глядя на Юну сверху вниз, интересуется разговаривавший с ней до этого высокий парень.
— Я — ЮнМи, — окинув его взглядом снизу вверх, и чуть помедлив, отвечает та.