— И что тогда будет, хальмони?

Та в ответ качает головой.

— Как бы внук не кинулся покорять эту вершину, — говорит она, — ЮЧжин для него скучна, а с ЮнМи они уже и сейчас весело проводили время. Голова у него ничем не занята, занятия для себя не нашёл, опять будет по девчонкам после армии бегать. Мужчины любят всё блестящее, а у него ещё и мозгов нет. А она девочка неглупая. Смотри, как ловко перед всеми похвасталась знакомством с нашей семьёй. И выступление своё представила.

— Пропиарила… — подсказывает бабушке более современное слово ХёБин.

— Да, — кивает та, и несколько неуверенно повторяет слово по слогам, — про-пи-арила. И всё из-за того, что ты легкомысленно отнеслась к моей просьбе!

Бабушка обвинительно выставляет на внучку указательный палец.

— Пожалуйста, прости меня, я виновата, — низко наклоняет голову та, — просто я не думала, что у тебя такие планы, хальмони.

— О будущем нужно помнить постоянно, а не жить лишь сегодняшним днём, ХёБин. Тогда оно может стать таким как того хочешь ты, а не кто-то другой.

— Да, я поняла. Но что же теперь делать, хальмони?

— Буду думать.

— Может, предложить ей учиться музыке за границей? На это она точно согласится.

— Ты уже предлагала учёбу, — скептически отзывается бабушка, меняя позу в которой она сидит на полу, — сначала выясни, что это за музыка. Хоть звучит она громко, но стоит ли она чего-нибудь? Найди людей, которые смогут это сказать. Поняла?

— Да, конечно, я сделаю, хальмони!

— А потом мы с тобою решим, что делать, — милостиво обещает внучке семейный кардинал.

Время действия: понедельник, обеденный перерыв.

Место действия: работа ЮнМи, столовая для персонала. В зале, за одним из столиков, в одиночестве сидит ЮнМи. Неспешно ест.

Сижу, питаюсь, тщательно пережёвываю рис. Он не острый. Вообще-то, на работу я теперь ношу с собой еду, приготовленную по рекомендациям врача-диетолога, но вчерашний день выдался весьма непростым и сил на готовку просто не было. Маму тоже забыл попросить приготовить чего-нибудь диетического, поэтому в обед пополз потихоньку в столовую, ощущая со всех сторон неподдельное внимание к своей персоне. Народ кучкуется по двое, трое, пятеро, что-то с интересом обсуждают, но при моём приближении замолкают и молча провожают меня внимательными взглядами. Раз оглянувшись, заметил, как на меня показывают друг другу руками. Ну-у-у, было бы удивительно, если бы моё вчерашнее выступление прошло незамеченным. Мой кунчан-ним с утра допытывался, где ЮнМи училась музыке и почему она его не предупредила о своём желании сделать господину ЧжуВону подарок. Расспрашивал вежливо и даже, может, отчасти уважительно. Как я понял, семья призывника ещё официально не прореагировала на инцидент, и поэтому кунчан-ним выстроил «забор» своего разговора так, чтобы в любой момент можно было спрыгнуть с него в любую сторону. Туда, куда ветер подует. Ладно, ждём ветра…