— Как жаль, что теперь никто не услышит твоих «великих» произведений, — с сарказмом в голосе выделяя слово «великих», продолжает говорить дальше ЮЧжин, — ну, может, разве что твои пьяные коллеги-мусорщики, которым ты будешь петь в караоке, или мусорные баки, которым ты будешь напевать по утрам, танцуя вокруг с них метлой…

ЮнМи продолжает молча разглядывать собеседницу. Собеседнице же хочется увидеть реакцию жертвы. Но её нет и разговор, похоже, идёт не совсем так, как представлялось. Поэтому, видя, что ЮнМи молчит, ЮЧжин поворачивается к стеклянной стене здания и, смотрясь в отражение, начинает поправлять свою причёску.

— Твоих, что ли, рук дело? — хмуро интересуется ЮнМи, решив «прояснить ситуацию».

— А я уж думала, ты такая тупая, что это до тебя никогда не дойдёт! — радостно восклицает ЮЧжин, с улыбкой поворачиваясь к ЮнМи. — Вообще-то я хотела подождать, пока тебя примут в агентство, а потом уже показать тебе твоё место, но, знаешь… Лето, каникулы. Осенью я вернусь в Париж, учиться. Хочется перед этим отдохнуть. Решила совершить круиз по средиземному морю. Сколько тебя ещё ждать? Может, тебя ещё в агентство и не примут! Поэтому, я решила не затягивать. Закончить с этим делом и жить дальше, забыв о нём. Но ведь и так неплохо получилось, правда? Правда ведь, неплохо?

ЮЧжин требовательно обращается к ЮнМи, требуя от неё оценки. У той же вид несколько обалдевший. Она смотрит на ЮЧжин так, словно подозревая, что та малость не в себе.

— Почему? — спрашивает ЮнМи. — Зачем?

Выражение лица ЮЧжин меняется. Радость и улыбка с него исчезают, уступая место злобе.

— Знай своё место, распутная девка! — зло шипит ЮЧжин. — Посмела подумать, что можешь жить где-то ещё, кроме канавы, в которую определила тебя при рождении твоя судьба⁈ Решила, что достойна большего? Так вот тебе! Ползи назад, откуда вылезла и носа своего не высовывай! Всю жизнь будешь теперь меня помнить! Поняла⁈ А я выйду замуж за ЧжуВона и буду смеяться, вспоминая тебя, жалкая неудачница!

ЮнМи секунды три смотрит на ЮЧжин, видимо заканчивая у себя в голове «писать карту пациента».

— Я подам тебе знак, — неожиданно произносит она.

— Что? — несколько растерявшись, не понимает ЮЧжин.

— Знак. Я подам тебе знак. Это очень важно. Смотри. Когда мне будут вручать премию Грэмми, я сделаю тебе рукою вот так…

ЮнМи плавным движением поднимает в сторону ЮЧжин правую руку со сжатым кулаком и оттопыренным средним пальцем. Интересуется:

— Поняла?

И мгновение спустя добавляет презрительно по-русски:

— Шал-л-лава…

— Тс-с-с, — презрительно выдыхает сквозь зубы ЮЧжин и, не поняв слово, но прекрасно уловив интонацию, бросает в ответ, — коллэгатхыннён!