Неожиданно кто-то подходит и садится рядом на скамейку. Открываю глаза и наклоняю голову вбок, чтобы посмотреть, кто там. ХёнШи! Держит в каждой руке по алюминиевой баночке с соком, одну протягивает мне.

— Возьми, — предлагает он и рекламирует, — натуральный, апельсиновый. Такой, как ты любишь.

Н-н-да? Вообще-то я предпочитаю томатный, а из сладких — яблочный с мякотью, ну да ладно, не будем возвращаться к обсуждению клише, что все американцы любят апельсиновый сок. Не будем портить себе имидж.

— Спасибо, — говорю я, принимая подношение.

Открываю, делаю глоток. ХёнШи тоже прихлёбывает из своей баночки. Сидим, молчим. Жду продолжения. Ну не просто же он подсел?

— Устала? — участливо спрашивает ХёнШи.

— Да, — отвечаю я и, чтобы не выглядеть невежливо, отвечая односложными фразами, добавляю: — Ничего не получается.

— И не должно, — говорит ХёнШи.

— В смысле⁈ — разворачиваюсь я к нему. — Почему не должно?

— Если ты никогда раньше не танцевала, то месяц занятий — это очень мало. Тело только начинает привыкать к движениям. Если бы у тебя был талант… Но его у тебя нет. Тебе нужно очень много работать, чтобы что-то стало получаться. Года три, минимум. Извини.

— Да нет, — говорю я, — всё нормально. Я сама вижу.

— Думаю, нам в группе нужно обсудить, как быть дальше, — говорит ХёнШи, — мы не сможем вместе выступать. Если бы ты хотя бы умела петь… То ты бы могла стоять, а мы бы двигались. А так…

Киваю, показывая, что понимаю.

— Я долго думал над этим, — несколько обрадовавшись, видимо, моей разумной реакции, говорит ХёнШи, а затем печалится, — но, ничего так и не придумал…

— М-да, — говорю я, — одни сплошные проблемы… У меня с танцами, у вас с английским. Так ничего и не выйдет.

— Может, — помолчав, предлагает ХёнШи, — может нам начать с корейской песни, а?

— Мы же это уже обсуждали. И про размер музыкального рынка в Корее и про конкуренцию, — напоминаю я, — забыл?

— Помню, — кивнув, отвечает ХёнШи, — просто всё равно потом будет нужна такая песня. Не станем же мы выступать только на английском? Фанаты нас не поймут…

Ну да, — думаю я, — фанаты вашего английского могут и не понять. Да и для вас всё время на английском будет сложно. Чёрт, может действительно, зря я с ними связался? Когда задумывалось, всё выглядело как-то иначе.

— Сможешь написать? — в лоб спрашивает меня ХёнШи.

За две недели? Песню? Пф-ф… Ну барин, у вас и задачки! Впрочем, проблем не вижу.

— Какого плана? — уточняю я, — Лирическое, танцевальное или в стиле хард-рок?

— А ты… Это всё можешь? — удивляется ХёнШи.

Не могЁм, а мОгем, как говорил Маэстро, но если действовать в этом разрезе, то поступать нужно по-другому.