— Какие гири? — у всех парней разом округлились глаза.

Я кивнул на афишу:

— Которые «пилите, пилите, Шура, они золотые!»

— А-а! — компания дружно заржала.

— Кстати, а где тут у вас местечко под названием Курская дуга? — быстренько поинтересовался я. — Ну, где аварии часто…

Парни помрачнели.

— Там Леха недавно разбился. Приятель наш… — сказал Николай и вытащил пачку «Родопи». — Ну, чо? Поехали, покажу… У меня мотоцикл тут… Машина зверь!

Зверь-машина оказался синим стареньким «Восходом 2М», с украшенным желтой бахромой сиденьем. Бахрому эту Коля, как видно, срезал от старого «с оленями» коврика, какие обычно вешали над кроватями в сельских домах. А что? Красиво. Девок катать самое то!

Шмыгин завел мотор, я уселся сзади… Поехали. Погнали, поднимая дорожную пыль. Хорошо еще с погодою повезло, «бабье лето».

Прокатив по шоссе километра три, свернули на грунтовку, поднялись на холм и остановились…

— Ну, вот она, дуга, — подойдя к обрыву, показал Коля. — Приезжие, дураки, бьются. А наши все знают. И как только Леху-то угораздило? Говорят, пьяный…

Послышался шум двигателя… Мимо нас, сбавив скорость, проехал серо-голубой «Москвич 412», еще старого образца, с круглыми фарами и выступающими ручками дверей. За рулем сидел парень в серой кепке… Гога! Да-да, имен он!

«Интересно, откуда у этого фуфела машина?» — снова подумал я.

Личный автомобиль в начале восьмидесятых, даже старый «Москвич», это более чем круто. Это статус, это показатель успеха, предмет зависти многих! Машина, и подержанная тоже, стоила немалых денег… Да еще попробуй, купи, очередь!

Внимательно посмотрев на нас, Гога скривился и, поддав газку, скрылся за поворотом. Чего, спрашивается, приезжал?

— Вот же принесло, черта! — проводив глазами «Москвич», сплюнул Николай. — И что высматривал?

— У него то откуда машина?

— Дядька привёз с Северов. Помер, когда Гога сидел. Семьёй дядька не обзавёлся, родители тоже померли. Вот Гоге «Москвич и достался. От дядьки в наследство».

— Понятно, — я подошел к обрыву и посмотрел виз. — А где ГАЗон-то?

— Так вытащили уже. Председатель сразу трактор прислал… А место я покажу. Вон, тропинка, — Коля указал рукой. — Спуститься можно. Только осторожней, смотри.

По крутой тропке мы спустились с кручи… Я снял и панораму, и ржавые, валявшиеся кругом, железяки, и выжженную траву, место недавней аварии.

— Что-то не очень и выгорело.

— Так всю ночь дождило! Да и кругом болотце.

Дождь…

Рядом в глине, отпечатались чьи-то следы…

— Кирзачи… или яловые, — Коля присел на корточки. — Подошва гвоздиками подбита.

Я сфотографировал следы… Так, на всякий случай. Наклонился, посмотрел — на правом сапоге, у носка, пары гвоздиков не хватало…