Девушка наклонилась к окошку:
— «Заря» у вас есть?
— Последняя! Три копейки с вас.
Взяв газету, Наташа развернула листы:
— Ох, какие фотки! Ой, я этого знаю… И статья… «В колхозе „Золотая Нива“ был праздник…» Ой! «Золотая Нива»! Я там в пионерлагере в детстве была… Интере-есно! Нет правда — интересно написано… И вон, фотографии… Авторы. Сергей Плотников и… и Александр Воронцов!
Ахнув, девушка вскинула глаза:
— Саш! Это твоя статья, да?
Глава 10
Я и сам не мог поверить в это. Вышла статья, а это значит, что я выполнил условие отца и теперь…
Мне хотелось скакать на месте, кричать и веселиться, но я сдержал эмоции и с наигранным равнодушием произнес:
— Моя статья? В самом деле? Можно взглянуть?
Девушка протянула журнал. И в самом деле «Александр Воронцов». Черт, как же было радостно на душе. Я так не радовался, когда в «Ведомостях» первый раз в 2012 опубликовал свою первую аналитическую статью про криминал в южных регионах области. А тут, по сути своей, совсем крохотная статейка о событии, о котором все скоро забудут… Но меня просто распирало от радости!
— Поздравляю! — сказала Наташа, обняв меня.
Мы бы еще некоторое время погуляли, но закончился обеденный перерыв, нужно было возвращаться на работу. Мы договорились с Наташей встретиться завтра, так как сегодня вечером у нее были какие-то неотложные дела.
Оставшиеся полдня я находился в состоянии эйфории. Мне что-то говорили, куда-то отправляли, грузил какие-то коробки, официально то я был еще грузчиком, но мыслями был далеко от всего этого. Приятно, черт возьми! Получилось!
А как же удивятся дома…
Родители были на кухне. Свежезаваренный чай дымился в чашках. Мама резала пирог с яблоками, отец читал свежий номер журнала «Техника молодёжи». Я разулся у порога, вошёл на кухню, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, и положил на стол рядом с сахарницей свежий, ещё пахнущий типографской краской, экземпляр «Зари».
— Что это? — не отрываясь от журнала, спросил отец.
— Газета, — ответил я, садясь на свой стул. — Сегодняшний номер.
Отец бросил быстрый, ничего не выражающий, взгляд на серую бумагу и вернулся к чтению.
— Ага. Положи на полку. Как-нибудь почитаем.
Мама потянулась к газете. Я улыбнулся. Сердце матери всегда ярче чувствует.
— Ой, свежий номер! Давайте посмотрим, что пишут.
Она развернула шуршащие страницы, пробегая глазами заголовки. Я молча наблюдал, как её взгляд скользит по колонкам, замедляется и наконец останавливается. Её пальцы коснулись небольшой заметки в нижнем углу третьей полосы.
— Матвей… — её голос дрогнул. — Матвей, глянь-ка…