Я принялся рассказывать ей суть дела. Метель слушала лениво, постоянно на что-то отвлекаясь, то на голубей, то на сигарету.
— И что от меня надо? — спросила девушка, когда я закончил свой сбивчивый рассказ.
— Пластинка, — ответил я её, глядя прямо в её синие, немного безумные глаза. — Мне нужна твоя пластинка. Pink Floyd. «The Final Cut». Продай?
Улыбка медленно сползла с её лица, сменилась настороженным, хищным интересом.
— Продать?
— Я могу заплатить. Я найду деньги.
— Деньги? — она презрительно фыркнула и отошла к старому дубу, прислонилась к нему спиной. — У меня и так есть деньги, Саш. А вот этой пластинки в городе больше ни у кого нет. Это не товар. Это трофей.
Я понял, что переговоры заходят не в ту сторону.
— Марина, пожалуйста. Выручи. Я очень прошу.
Она помолчала, внимательно изучая моё лицо, будто прицениваясь. Потом медленно подошла ко мне вплотную. От неё пахло дымом и духами «Красная Москва».
— Хорошо, — тихо сказала она. — Я дам тебе её. Даром. Бесплатно.
Сердце ёкнуло от неожиданности и предчувствия, что так не бывает.
— Но? — спросил я. — Здесь напрашивается каверзное «но».
Она улыбнулась своей хитрой, кошачьей улыбкой и положила руку мне на плечо.
— Да, будет одно условие. Совсем пустяковое.
— Какое?
— Ты должен меня поцеловать. По-настоящему, не в щечку или лобик. В губы. Как полагается. По-взрослому. Прямо сейчас. Здесь. Чтобы все видели.
Я отшатнулся, будто меня ударили током. Кровь бросилась в лицо.
— Ты что, с ума сошла?
— Нет, — её голос стал твёрдым и холодным. — И я совершенно трезва. Хочешь спасти своего друга, поцелуй меня. Или ищи свою пластинку где-то ещё. Но учти, я могу и передумать. Времени у тебя… — она сделала паузу, наслаждаясь эффектом, — ой, совсем немного. Ну?
Вот ведь… какая! Целоваться с Метелью… Наверное, об этом сейчас мечтал каждый из здесь сидящих. Но не я. У меня была Наташа. Этот поцелуй стал бы клеймом, публичным заявлением, которое мигом разнеслось бы по всему городу. И дошло бы до Наташи. Но это была цена спасения Гребенюка. Готов ли я заплатить такую цену?
Я не знал.
Метель смотрела на меня, и в её взгляде читалось всё: и желание, и жажда власти надо мной, и обида, что я выбрал не её, и жестокое удовольствие от предчувствия, что сейчас она эту власть получит.
— Ну же? Что ты ответишь? — спросила Метель.
Я сделал шаг вперёд.
Глава 15
Я чувствовал на себе заинтригованные взгляды парней и девчонок, всей компании. Эти взгляды жгли, буравили спину и, казалось, я ощущал это физически. Метель стояла передо мной и нагло улыбалась:
— Ну? — выжидательно требовала Метель. — Один поцелуй, и пластинка твоя.